Горлицкий прорыв 1915 года

Горлицкий прорыв, 1915 год

«Никогда еще за всю войну русская армия не подвергалась большей опасности»

100-летие Первой мировой войны / 02.05.2015

К 100-летию Горлицкого прорыва …

Горлицкий прорыв, 1915 год

Ровно сто лет назад, 19 апреля / 2 мая началась наступательная операция германских и австро-венгерских войск, получившая название Горлицкого прорыва. Не сумев потеснить русские войска в ходе зимне-весенних операций 1915 года у границ Восточной Пруссии и в Карпатах, германское командование стало искать другие решения. Результатом этих исканий, протекавших в условиях русских успехов как на северо-западе, так и на юго-западе, стал план прорыва фронта, который предполагалось осуществить в районе местечка Горлице ? между Вислой и Карпатами. Успех этой операции позволял немцам облегчить положение терпевшей поражение австро-венгерской армии и спасти ее от разгрома (что было крайне актуально в условиях угрозы выхода русских войск на Венгерскую равнину и стремления Италии выступить на стороне Антанты).

Суть германского плана состояла в том, чтобы нанесением последовательных мощных фланговых ударов из Восточной Пруссии и Галиции прорвать оборону Русской армии, окружить и уничтожить в Варшавском выступе ее основные силы, чтобы тем самым свести на нет все ее успехи на этом направлении и превратить оперативный успех в стратегический.

Время и место прорыва было выбрано очень удачно.

После взятия Перемышля, русское командование сосредоточилось на карпатском направлении, поэтому на участке готовившегося прорыва наши войска не располагали значительными силами.

Помимо этого, прорыв у Горлице должен был позволить немцам отрезать пути отхода русской группировки в Карпатах и создать угрозу окружения всего левого крыла Юго-Западного фронта.

Генерал Р.Д.Радко-Дмитриев

Осуществление прорыва возлагалось на 11-ю германскую армию (10 пехотных и 1 кавалерийская дивизии, переброшенные с французского фронта) и 4-ю австро-венгерскую армию (6 пехотных и 1 кавалерийская дивизия) под общим командованием генерала Августа фон Макензена. С юга операция обеспечивалась 3-й австро-венгерской армией, с северо-запада ? группой генерала Войрша. Противостояла им 3-я русская армия генерала Р.Д.Радко-Дмитриева.

Обратите внимание

Войска противника были укомплектованы лучшим офицерским составом и к предстоящему наступлению полностью обеспечены материальными средствами.

Накануне наступления немецкие части активно практиковались во всех приемах боя при прорыве укрепленной полосы, русские же части представляли собой пассивный участок фронта, призванный лишь прикрывать наступление основных частей в Венгрию, а потому эффективно противодействовать прорыву оказались совершенно не готовыми. Немцы также провели аэрофотосъемку русской оборонительной полосы и каждый корпус тщательно изучил специфику вверенного ему боевого участка.

А. фон Макензен

Соотношение сил перед началом операции выглядело следующим образом: немецкие и австро-венгерские части имели на 35-км участке фронта, предназначенном для прорыва, 126 тысяч человек (против 60 тыс. русских), 457 легких и 159 тяжелых орудий (против 141 легкого и 4 тяжелых русских), 260 пулеметов (против 100 русских) и 96 минометов (которые в Русской армии отсутствовали). Таким образом, противник имел превосходство в живой силе в 2 раза, в легкой артиллерии ? в 3 раза, в тяжелой ? в 40 раз, в пулеметах ? в 2,5 раза. Кроме того, в Русской армии был большой некомплект личного состава, а также начался «снарядный голод» ? первоначальные запасы были расстреляны, а промышленность не успевала обеспечивать нужды фронта новыми боеприпасами. В результате немецкие орудия имели по 1200 снарядов на каждое легкое орудие и по 500?600 снарядов на тяжелое, русские же артиллеристы располагали всего лишь по 30?40 снарядов на каждую пушку.

В пользу немцев было и то обстоятельство, что командование Юго-Западного фронта (генерал Н.И.Иванов), считая главной целью форсирование Карпат, не придало значения сообщениям разведки, которая еще за 10 дней до начала прорыва сообщала о готовящемся наступлении противника.

Так, сводка 3-й армии за три дня до начала операции гласила: «Все яснее обозначается сосредоточение новых частей германцев в районе Горлице, где определяются полки тех корпусов, которые считались на западе», однако в ответ был получен лишь следующий совет генерала Иванова: «Уверен, что войска и начальствующие лица вашей армии со свойственным мужеством, выдержкой, хладнокровием и умением отразят неприятельские дивизии…»

Известный военный историк А.А.Керсновский так описывал сложившуюся ситуацию: «Никогда еще за всю войну русская армия не подвергалась большей опасности, чем в эти апрельские дни 1915 года. Против 6 ослабленных наших дивизий IX и Х корпусов неприятель сосредоточил 16 свежих. У нас здесь было всего 4 тяжелых пушки против 160 неприятельских.

У Горлицы 130 орудиям Х армейского корпуса противостояло 572 орудия всей XI германской армии, но в то время, как наши батареи могли расходовать только по 10 снарядов в день, боевой комплект германцев был неограничен. Превосходство врага было тройным в пехоте и пятерным в количестве артиллерии.

Фактически, принимая во внимание наш “снарядный голод”, огневое превосходство Макензена над Радко-Дмитриевым было в 50 раз. Принимать бой в такой обстановке было безумием и преступлением. Но Ставка совершила это безумие и это преступление, категорически предписав IX и Х корпусам оставаться на месте.

Все представления генерала Радко-Дмитриева (поддержанного и генералом В.Драгомировым) были ею отвергнуты. Стратегический примитив, Великий князь Николай Николаевич расценивал явления войны по-обывательски. Победу он видел в продвижении вперед и в занятии географических пунктов: чем крупнее был занятый город, тем, очевидно, крупнее была победа. (…

) Поражение же он усматривал в отходе назад. Средство избежать поражения было очень простое: стоило только не отходить, а держаться “во что бы то ни стало”»…

Немецкая батарея, 1915 год

Прорыв 11-й германской армии начался утром 19 апреля / 2 мая 1915 года после мощной артиллерийской подготовки, которую один из исследователей описывает следующими словами: «Часы показывали ровно шесть утра, и тотчас из батарей полетели снаряды. Тысячи, десятки тысяч снарядов всех калибров летели по направлению к неприятелю… (…) Пехота, предшествуемая отрядами пионеров, снабженных проволочными ножницами и ручными гранатами, двинулась по всей линии в наступление, артиллерийский огонь, замолкнувший на некоторое время, снова оживился, но только теперь стрельба уже шла по ходам сообщения, тыловым позициям, маршевым дорогам».

«Как громадный зверь, немецкая армия подползала своими передовыми частями к нашим окопам, — писал о Горлицком прорыве генерал-лейтенант Н.Н.Головин, — затем этот зверь-гигант подтягивал свой хвост — тяжелую артиллерию.

Важно

Последняя становилась в районы, малодоступные для нашей легкой артиллерии, часто даже вне достижимости ее выстрелов, и с немецкой методичностью начинала барабанить по нашим окопам. Она молотила по ним до тех пор, пока они не были сровнены с землей, а защитники их перебиты. После этого зверь осторожно вытягивал свои лапы — пехотные части — и занимал окопы.

(…) Закрепившись на захваченной у нас позиции, зверь опять подтягивал свой хвост, и германская тяжелая артиллерия с прежней методичностью начинала молотить по нашей новой позиции».

Шведский писатель и путешественник Свен Гедин, находившийся в это время в австрийской армии, вспоминал о последствиях этого обстрела: «Главная позиция русских представляла собой захватывающее зрелище.

В окопах мертвые лежали так плотно, что подойти непосредственно к ним оказалось невозможным и приходилось стоять над траншеей. Они лежали во всех возможных позах, на спине, лицом вниз, на боку, скорчившись.

Оторванные руки и ноги, туловище без головы, голова без черепной коробки, таково лишь одно из последствий работы современной тяжелой артиллерии».

Сражение Первой мировой

Однако первоначальный план молниеносного сокрушения 3-й армии генерала Радко-Дмитриева потерпел неудачу. «Тысяча орудий ? до 12-дюймового калибра включительно ? затопили огневым морем неглубокие наши окопы на фронте 35 верст, после чего пехотные массы Макензена и эрцгерцога Иосифа Фердинанда ринулись на штурм. Против каждого нашего корпуса было по армии, против каждой нашей бригады ? по корпусу, против каждого нашего полка ? по дивизии. Ободренный молчанием нашей артиллерии, враг считал все наши силы стертыми с лица земли. Но из разгромленных окопов поднялись кучки полузасыпанных землею людей ? остатки обескровленных, но не сокрушенных полков 42-й, 31-й, 61-й и 9-й дивизий. Казалось, встали из своих могил цорндорфские фузилеры. Своей железной грудью они спружинили удар и предотвратили катастрофу всей российской вооруженной силы», ? писал об этом сражении Керсновский. Неся большие потери, части 3-й русской армии упорно оборонялись, уверенно отбивая атаки во много раз превосходившего их противника. В итоге 11-я армия Макензена, к исходу дня лишь на отдельных участках фронта совершила прорыв на 2?4 км. Затем последовало наступление медленное фронтальное выдавливание русских войск с их позиций.

К сожалению, командующий фронтом генерал Иванов не воспользовался этой немецкой заминкой для переброски сил, так как полагал, что наступление в районе Горлице лишь отвлекающий маневр, а главного удара противника следует ждать со стороны Карпат.

В результате остро нуждавшаяся в людях 3-я армия никаких резервов не получила.

А приказ Верховного главнокомандующего Великого князя Николая Николаевича по сути обрекал 3-ю армию на уничтожение: «Я категорически приказываю Вам не предпринимать никакого отступления без моего личного разрешения».

Допустил ошибки и Радко-Дмитриев, не позаботившийся о создании дополнительных рубежей обороны. Поэтому несмотря на героизм и упорство 3-й армии, на шестой день упорных боев день русская оборона была прорвана на глубину до 40 км. Русская армия, «перебитая, но не разбитая», отступала…

Отступление Русской армии

За последующие летние месяцы Русской армии пришлось сдать Львов, оставить Галицию и Польшу, потерять систему крепостей и часть стратегических железных дорог и понести тяжелые невосполнимые людские потери. Все успехи 1914 года были утрачены, а надежда на скорое окончание войны ? похоронена. Австро-венгерская армия, окончательный разгром которой казался уже неизбежной, укрепилась и воспряла духом. Видя неудачи русских, на стороне австро-германского блока вскоре выступила Болгария, что привело к катастрофе Сербского фронта. Вместе с тем, героическое сопротивление Русской армии не позволило австро-германскому командованию добиться главной цели ? стремительно выйти на оперативный простор в тыл русским войскам в Польше. Несмотря на все допущенные ошибки, русское командование сумело осуществить организованное отступление и, как отмечал немецкий генерал Э.Людендорф, «фронтальное оттеснение русских в Галиции, как бы оно ни было для них чувствительным, не имело решающего значения для войны».

Источник: https://myslo.ru/club/blog/kurilka/0pnbQNtfb02jLQwby7Remw

Горлицкий прорыв

Горлицкий прорыв 1915 года, наступательная операция германо-австрийских войск во время 1-й мировой войны 1914—1918 годов, проведённая с 19 апреля (2 мая) по 10 (23) июня с целью разгрома рус. Юго-Западного фронта и овладения Галицией. Для проведения операции привлекались 11-я герм, армия ген. А. Макензена (10 пех. и 1 кав. дивизии) и 4-я австро-венг.

армия эрцгерцога Иосифа Фердинанда (6 пех. и 1 кав. дивизии) под общим командованием Макензена. С юга операция обеспечивалась 3-й австро-венг. армией, с С.-З. — герм, группой ген. Р. Войрша. Задача герм.-австр. войск заключалась в том чтобы прорвать позиции Юго-Зап. фронта на участке Горлице, Громник, окружить и уничтожить 3-ю рус. армию ген. Д. Р. Радко-Дмитриева зап.

Санок и развивать наступление на Перемышль, Львов. При благоприятном развитии прорыва намечалось наступление 1-й австро-венг. армии на Ивангород» 2-й и 5-й австро-венг. армий — на Львов. На 35-км участке прорыва герм.-австр. войска сосредоточили 10 пех. и 1 кав. дивизию (126 тыс. чел., 457 лёгких и 159. тяжёлых орудий, 96 миномётов и 260 пулемётов).

Совет

Чтобы усилить боеспособность австр. войск, герм, командование включило в австр. армию герм, дивизии и корпуса. Войска были укомплектованы лучшим офицерским составом и к предстоящему наступлению полностью обеспечены материальными средствами. Войска Юго-Зап. фронта в Галиции (главнокоманд. ген. Н. И. Иванов) были растянуты на 600 км — от р.

Пилица до румынской границы (у г. Черновцы). Рус. командование оставило без внимания сведения о готовящемся наступлении пр-ка, считая гл. задачей Юго-Зап. фронта завершение силами 8-й армии и частью сил 3-й армии Карпатской операции 1915. Для отражения готовящегося наступления герм.-австр. войск серьёзных мерпринято не было. В 3-й рус. армии (св. 18 пех. и 6 кав.

дивизий) на направлении прорыва находилось только 5 пех. дивизий (60-тыс. чел., 141 лёгкое и 4 тяжёлых орудия, 100 пулемётов). Т. о., герм.-австр. войска имели 2-кратное превосходство в пехоте и 5-кратное в арт-и, а по тяжёлым орудиям — 40-кратное. У рус. армий был большой некомплект лич.

состава, не хватало снарядов — русская арт-я могла расходовать в день не более десяти выстрелов на батарею. Глубина обороны (5—10 км) была недостаточной, инж. оборудование оборонительных позиций — неполное. Прорыв герм.-австр. войск начался в 10 ч 19 апр. (2 мая) после 13-час. арт. подготовки. Несмотря на большие разрушения первой позиции и значительные потери рус.

поиск, пр-к продвинулся к исходу дня лишь на 2— 5 км. В течение первых 2 дней наступление- свелось к медленному фронтальному вытеснению рус. войск. Только на 3-й день герм.-австр. войскам удалось, введя резервы, усилить удар и к исходу 6-го дня наступления продвинуться на глубину до 40 км. Понеся большие потери, рус.

войска к 2(15) мая отошли на линию Ново-Място, Сандомир, Перемышль, Стрый, где и перешли к обороне. Герм.-австр. войска, продолжая наступление, в дальнейшем постепенно оттесняли русскиеармии на восток. 21 мая (3 июня) они заняли. Перемышль, 9(22) июня — Львов и вынудили рус. войска оставить к середине июня Галицию и, отойти на рубеж Холм, Владимир-Волынский, 20 км зап.

Читайте также:  Модернизация российского феодализма при петре 1. утверждение россии на берегах балтики

Броды, 15 км зап. Бучач. Поражение рус. войск явилось следствием не только превосходства герм.-австр. войск в силах и средствах, но и крупных ошибок, допущенных рус. верх, главнокомандованием, главнокоманд. Юго-Зап. фронтом и команд. 3-й армией. Сложившуюся в ходе Г. п. обстановку рус.

командование оценивало неверно, а оборонит, задача 3-й армии была поставлена лишь 29 апр. (12 мая), на 11-й день напряжённых оборонит, боёв. Не было чёткости и целеустремлённости в управлении, резервы использовались по частям, по мере их подхода, слабые контрудары, как правило, не достигали цели и приводили к неоправданным потерям.

Обратите внимание

Командование фронта и армии не сумело организовать подготовку и занятие оборонит, рубежей в глубине. В результате Г. п. были сведены на нет успехи рус. войск в кампании 1914 и в Карпатской операции, возникла угроза оставления Польши.

Использованы материалы Советской военной энциклопедии в 8-ми томах, том 2.

Горлицкий прорыв – прорыв австро-германскими войсками под общим командованием генерала А. Макензена позиций Юго-Западного фронта (генерал Н.И. Иванов) в районе Горлице (Галиция) 19 апреля — 6 июня 1915 г. в ходе Первой мировой войны 1914-1918 годов.

Не сумев потеснить русских в зимне-весенних операциях 1915 г.

у границ Восточной Пруссии и в Карпатах (см. Августовская операция II, Праснышская операция 1, Карпатское сражение), германское командование было вынуждено искать другие решения. Оно разработало новый вариант прорыва русского фронта в 1915 г. Его предполагалось осуществить между Вислой и Карпатами, в районе Горлице.

Подобный вариант позволял существенно облегчить положение австро-венгерских армий. На участке предполагаемого прорыва русские не располагали значительными силами, поскольку их основные соединения увязли в Карпатах.

Не имелось в районе Горлице и серьезных естественных преград, за исключением небольших рек Вислока и Сан. С другой стороны, прорыв у Горлице отрезал пути отхода русской группировки .

в Карпатах и создавал угрозу окружения всего левого крыла Юго-Западного фронта.

Предстоящая операция предполагала нанесение мощного удара, способного потрясти весь русский фронт. Для этого на 35-километровом участке прорыва у Горлице была создана ударная группа под командованием генерала Макензена.

В нее входили лучшие соединения германских вооруженных сил, переброшенные с французского фронта. Против них располагались части 3-й русской армии (генерал Д.Р. Радко-Дмитриев).

Соотношение сил и средств на участке прорыва (35 км) в Горлицкой операции приведено в таблице.

Русские  Германо-австрийцы
Численный состав, тыс. чел. 60 126
Легкие орудия, шт. 141 457
Тяжелые орудия, шт. 4 159
Пулеметы, шт. 100 260
Минометы, шт. 96

Источник: Дюпюи P., Дюпюи Т. Всемирная история войн: В 4 т. Спб.; М., 1997-1998. Т. 3. С. 805.

Таким образом, германо-австрийские войска превосходили на данном участке части 3-й армии: в живой силе — в 2 раза, в легкой артиллерии — в 3 раза, в тяжелой артиллерии — в 40 раз, в пулеметах — в 2,5 раза. К тому времени на русском фронте было сосредоточено более половины всех германо-австрийских соединений.

19 апреля 1915 г. ударная группа Макензена перешла в наступление. После трехдневного натиска русские части дрогнули и начали отход. 30 апреля «разбитая, но не перебитая армия» Радко-Дмитриева заняла оборону на реке Сан. На этом рубеже, после двухнедельного перерыва, сражение разгорелось с новой силой.

К концу мая, после кровавых и ожесточенных боев, русским пришлось оставить линию Сана. 22 мая они покинули Перемышль, 9 июня — Львов. Горлиц-кии прорыв создал угрозу окружения Карпатской группировки, которая начала повсеместный отход. К 22 июня русские войска, потеряв 500 тыс. чел., оставили всю Галицию.

Важно

В Горлицком прорыве немцы наиболее успешно применили характерный для них метод скрытного сосредоточения и внезапного удара. Он предполагает высокую мобильность (обычно она обеспечивалась за счет развитой сети железных дорог) и четкость действий германских соединений, которые быстро и скрытно перебрасывались на участок предполагаемого удара.

Там сосредоточивался мощный кулак, усиленный средствами прорыва (прежде всего тяжелой артиллерией). После осуществления прорыва и использования его результатов войска выводились из боя и использовались на других участках фронта.

Подобный метод позволял весьма эффективно распоряжаться ограниченными (по сравнению с потенциалом стран Антанты) ресурсами германских вооруженных сил.

Российское командование, зная о наращивании сил на данном участке, не обеспечило своевременный контрудар.

Крупные подкрепления были посланы сюда с опозданием, вводились в бой по частям и быстро гибли в боях с превосходящими силами противника. Горлицкий прорыв ярко выявил проблему нехватки боеприпасов, особенно снарядов.

Подавляющее превосходство в тяжелой артиллерии стало одной из основных причин этого наиболее крупного успеха немцев на русском фронте.

Тем не менее мужественное сопротивление российских солдат и офицеров не позволило австро-германскому командованию добиться крупного стратегического успеха — стремительно выйти на оперативный простор в тыл русским войскам в Польше.

Фактически боевые действия в Галиции свелись к «продавливанию» русского фронта. Российское командование сумело осуществить организованный отход, «фронтальное оттеснение русских в Галиции, — отмечал немецкий генерал Э.

Совет

Людендорф, — как бы оно ни было для них чувствительным, не имело решающего значения для войны».

Горлицкий прорыв и новое наступление немцев из Восточной Пруссии (см. Праснышская операция II) положили начало Великому отступлению русской армии, когда она в течение весны — лета 1915 г. оставила Галицию, Литву, Польшу.

Однако стратегический план разгрома вооруженных сил России не удался. Русские избежали окружения и осенью 1915 г., ответив рядом контрударов (см. Виленское сражение), стабилизировали фронт на линии Рига — Барановичи — Тернополь.

Отсюда они не отступали вплоть до падения монархии.

Использованы материалы кн.: Николай Шефов. Битвы России. Военно-историческая библиотека. М., 2002. 

Литература:

Горлицкая операция. Сборник документов.. М., 1941;

История первой мировой войны. 1914— 1918. Т. 2. М., 1975;

Строков А. А. Вооруженные силы и военное искусство в первой мировой войне. М., 1974, с.

289—299;

Ляхов В. Прорыв русского фронта в 1915 году.— «Воен.-ист. журн.», 1965, № 6;

Сражение при Горлица — Тарнов 2— 6 мая 1915 г. М.— Л., 1929;

Бонч-Бруевич М. Д. Потеря Галиции в 1915 году. Ч. 2. М.

, 1926.

Карты:

Горлицкий прорыв (карта)

Источник: http://www.hrono.ru/sobyt/1900sob/1915gorlice.php

«Крепости падали, как карточные домики»

Сегодня в России вряд ли кто, за исключением любителей военной истории, знает про город Горлице (русский вариант — Горлицы), что и неудивительно. Это действительно не центр мира — расположен он на юге нынешней Польши, в глубокой провинции, население — меньше 30 тысяч человек.

Между тем 100 лет назад, пока советская власть не объявила Великую войну ненужной и империалистической, его название приобрело примерно то же смысловое значение, которое позже получила дата «22 июня 1941 года».

Именно в тех местах весной 1915 года произошла сравнимая по значению трагедия — «Горлицкий прорыв», едва не обернувшаяся катастрофой для всей страны.

За две недели германского Горлицкого прорыва из-за грубых ошибок командования и острого дефицита боеприпасов русская армия была вынуждена начать «Великое отступление» и оставить большую часть западных территорий империи. И, как и через четверть века, лишь ценой огромных жертв и сил спустя несколько месяцев русским солдатам удалось остановить врага.

«Сумрачный гений» меняет приоритеты

Бесспорную военно-техническую одаренность немцев в западной историографии принято называть «сумрачным германским гением».

Начинал Великую войну этот «гений», руководствуясь планом фельдмаршала Альфреда фон Шлиффена, занимавшего пост начальника германского Генштаба в 1891-1905 годов, который буквально до часов расписал подробный план разгрома Франции.

В 1914 году осуществить этот план до конца так и не удалось, во многом благодаря вмешательству русской армии, которая наступлением на Восточную Пруссию отвлекла часть немецких дивизий.

Обратите внимание

В результате уже в начале 1915 года другой видный представитель «сумрачного гения» в первые три года Великой войны — начальник полевого Генерального штаба Германии Эрих фон Фалькенхайн — пришел к убеждению о необходимости нанести еще более сокрушительный удар уже на Восточном фронте. Сила этого удара, по мысли главного немецкого стратега, должна была привести к краху русской армии и выходу России из Великой войны в результате сепаратного мира с державами Тройственного союза.

Стратегический прорыв русского фронта было намечено совершить на австро-венгерском оперативном направлении — между Вислой и Карпатами, в районе местечка Горлице.

Немецкие генштабисты рассчитывали, что на участке предполагаемого прорыва (полоса ответственности третьей армии генерала Радко-Дмитриева) русские войска не смогут оказать значительного сопротивления, так как левое крыло и центральная часть Юго-Западного фронта, растянутого в Галиции почти на 600 километров, увязли в Карпатских горах, реализуя вялотекущую «Карпатскую операцию».

Конфигурация русского Юго-Западного фронта, выгнувшегося крутой дугой на запад, в значительной мере способствовала успеху замысла фон Фалькенхайна.

Правый (северный) фланг Юго-Западного фронта составляла 4-я армия генерала Эверта, оборонявшая рубеж по левому берегу Вислы. За ней к югу располагалась 3-я армия генерала Радко-Дмитриева — от впадения реки Дунаец в Вислу до Лупковского перевала через Восточный Карпаты.

Еще южнее фронт составляли 8-я армия (генерал Брусилов), 11-я армия (генерал Щербачев) и 9-я армия (генерал Лечицкий).

Немцы подошли к организации стратегического прорыва со всей тщательностью и методичностью. На высочайшем профессиональном уровне была организована работа разведки и контрразведки. Были приняты все меры к сохранению тайны подготовки к наступлению.

Никто из офицеров, не говоря уже о рядовых солдатах, не знал о предстоящих задачах вплоть до выхода на передовые рубежи. На почте ввели самый строгий досмотр всех отправлений из мест дислокации войск.

Важно

Был предпринят ряд демонстративных операций на северном фланге германского Восточного фронта.

Переброска значительных сил и средств к участку фронта у Горлице также была организована образцово.

График прохождения железнодорожных эшелонов соблюдался неукоснительно, причем пехота и артиллерия доставлялись к месту прорыва для дезориентации русской разведки «ломанным», кружным маршрутом.

Для участия в операции были привлечены только хорошо подготовленные, имеющие реальный боевой опыт войска. Чтобы скрыть прибытие германских войск на южный, австрийский фланг прорыва, передовые германские подразделения были одеты в австрийскую униформу

Стальной таран генерала Макензена

Объединенное командование немецко-австрийских войск у Горлице возглавил признанный мастер маневренной войны генерал Август фон Макензен.

В операции были задействованы 11-я германская армия (10 пехотных и 1 кавалерийская дивизия), переброшенная с Западного фронта, и 4-я австро-венгерская армия эрцгерцога Иосифа-Фердинанда (шесть пехотных и одна кавалерийская дивизия).

Северо-западный фланг прорыва прикрывала группа армий германского генерала Мартина фон Войрша, а с юга операция обеспечивалась поддержкой 3-й австро-венгерской армии.

Тактической задачей группировки фон Макензена был прорыв позиций русского Юго-Западного фронта на участке Горлице-Громник с последующим окружением и уничтожением 3-й армии генерала Радко-Дмитриева.

Совет

Стратегическая же цель виделась в выходе группировки Макензена на оперативный простор — в тыл русских армий Юго-Западного фронта, с захватом крепости Перемышль и уничтожением основных русских военных сил в австрийской Галиции.

Источник: https://rusplt.ru/ww1/history/kreposti-padali-kak-kartochnyie-domiki-13694.html

Горлицкий прорыв 1915 года

К началу 1915 г. немцы поняли, что вывести Францию из войны им не удастся, и они решили перенести основные усилия с Запада на Восток.

Германия перебросила значительные силы на Восточный фронт и начала готовиться к стратегическому наступлению. Русское командование не знало о подготовке немецкого и австрийского наступления.

Немцы перебросили 11-ю армию, укомплектованную лучшими частями, которая имела двойное превосходство и должна была прорвать фронт 3-й русской армии.

К 1915 году в русской армии возникла нехватка патронов к стрелковому оружию, артиллерийских орудий и снарядов к ним, так как военный заказ 1914 года был только частично выполнен.

То есть экономика страны не справлялась с военными потребностями, более того, она даже не была полностью переведена на военные рельсы.

Российские промышленники вошли в картельные соглашения (сговор) и в начале войны взвинтили в два раза цены на боеприпасы, срывали поставки снарядов в армию, добивались таким путём принятия их ценовых условий. Всё по поговорке: «Кому война, а кому мать родна…»

Читайте также:  Таблица восстаний смутного времени

Немцы имели значительное превосходство в боеприпасах: на тяжёлое орудие при наступлении у них было выделено по 600 снарядов, на лёгкое – по 1200. А в 3-й русской армии было по 30-40 снарядов на ствол.

Обратите внимание

Например, разрешённый расход снарядов для гаубичной артиллерии на батарею в день составлял всего 10 снарядов.

Полтора миллиона резервистов оказалась просто без оружия… Именно в 1915 году была одна винтовка на троих и пять патронов на винтовку.

Генерал А. фон Макензен

11-я германская армия в составе 10 немецких ди­визий, при 700 орудиях под командованием генерала Макензена была специально создана для прорыва у Горлице (западнее Львова).

В нее вошли три ударных германских корпуса, взятых с французского фронта не считая австрийских частей.

План наступления, утвержденный кайзером, предусматривал таранный удар — задавить русских артиллерией и заставить уйти из Галиции.

Австрийский пулеметчик, 1915

Только на фронте 10-го корпуса, на который обрушился главный удар немцев, враг выставил 50 тяжелых батарей, не считая многих сотен полевых.

Тогда как во всей 3-й русской армии, состоящей из семи корпусов и державшей фронт в 200 километров, было только четыре тяжелых орудия! Всего 3-я армия располагала 160-ю орудиями. 1 мая 1915 г.

на 30-километровом участ­ке прорыва у Горлице германская артиллерия открыла ураганный огонь.

Важно

Батареи противника с безопасной дистанции методически разрушали первые линии траншей. Когда воронки, перекрывая друг друга, превращали позиции в страшное месиво, немецкая пехота совершала бро­сок вперёд и поспешно закреплялась.

Следовала неизбежная русская контратака, ее отбивали сравнительно легко, с помощью уже выдвинувшейся немецкой легкой артил­лерии, а тем временем подтягивалась на несколько километров вперёд тяжёлая артиллерия противника, и все начиналось сначала.

Русские пол­ки снова терзал огненный ураган.

Сражение в районе городов Горлице и Тарнув между русскими и австро-германскими войсками 1-3 мая 1915 г., фрагмент картины А. Путца, 1916 г.

Нашим войскам отвечать было нечем — у пушкарей 3-й армии было не больше 5-10 снарядов в день на орудие, которых было трагически мало. Кайзеровские генералы не жалели стали, русские — людей. Произошёл горлицкий прорыв.

Это были неописуемо тяжелые дни для нашей армии: массами гибли солдаты, надламывалась психика уцелевших. В кромешном аду безысходного отступления русская армия попятилась, но не дрогнула, управление не было утрачено.

Войска безоговорочно повиновались боевым командирам, но поредевшие взводы, роты и даже батальоны вела совсем зелёная молодёжь — прапорщики и подпоручики.

Перед богослужением, у церковного столика

Горлицкий прорыв заставил 8-ю армию Брусилова А.А. во избежание окружения оставить Карпаты.

К тому же за год войны обученная, регулярная армия исчезла; ее заменила армия, состоявшая из новобранцев.

Совет

Только высокие боевые качества начальствующего персонала, личное самопожертвование и пример могли заставить такие войска сражаться и жертвовать собой во имя любви к Родине и славы ее.

Впрочем в тех жутких контратаках среди солдатских гимнастерок мелькали и черные фигуры — полковые батюшки, подоткнув рясы, в грубых солдатских сапогах шли рядом с воинами, ободряя робких простым евангельским словом и поведением, достойным сану, молнии взрывов отражались в тусклой позолоте поднятых над головами крестов. Они навсегда остались там, на полях Галиции, не разлучившись с паствой.

Выступление русских войск в поход

Ставка и командование фронтом приказывали ни в коем случае не отрываться от противника. В результате 15 дней по нашим войскам молотила тяжелая артиллерия.

Русское командование вместо того, чтобы приказать отступить от Горлицы и планомерно занять подготовленный рубеж, стремилось подпирать трещавший и выгибавшийся фронт. Подкрепления давались по частям по мере подхода и расходовались в бессчетных контратаках.

Даже не было сделано попытки нанести удары по флангам группировки Макензена, таранившей русский фронт.

«В атаку», худ. В. Мазуровский, 1915 г.

К 5 мая все три полосы русских траншей были прорваны. Немцы продвигались медленно, но упорно шли вперёд. Каждый день шли ожесточённые кровопролитные бои. К 15 мая русские войска были оттеснены на рубеж реки Сан. К 22-му июню русские войска отошли ко Львову.

К моменту сдачи Львова русские части остались практически без артиллерийских боеприпасов и большим дефицитом стрелковых боеприпасов. Часть русской артиллерии просто не выводилась на позиции, оставаясь в обозе.

Русские войска оказывались всё в более и более тяжёлом положении…

Германские артиллеристы, 1915 г.

Вот как о прорыве фронта у Горлице написал генерал Деникин А.И.: «Вскоре фронт ее (3-й армии – И.В.) был прорван у Горлицы. Только после этого ген. Иванов, стягивавший доселе все свободные войска к Карпатам, послал корпус на подкрепление 3-й армии. Но было поз­дно…

Обратите внимание

Обстановка сложилась так, что требовала быстрого отвода армий. Таково было мнение и начальника штаба Юго-Западного фронта, и командующего армией ген. Радко-Дмитриева. Но ген. Иванов и Ставка требовали: «Не отдавать ни пяди земли». Произошел неравный бой. 3-я армия была разбита и покатилась назад». (А.И. Деникин «Путь русского офицера», М., «Современник», 1991 г., с. 277).

При абсолютном превосходстве противника в тяжелой артиллерии и жесточайшем снарядном голоде у наших войск последствия было не­трудно предвидеть. Хотя и устилая путь трупами, немцы всё-таки двигались на Восток. 3 июня русские части оставили Перемышль, 22 июня — Львов. Русские армии откатывались к границам России. Галиция была эвакуиро­вана за два месяца.

В начале июня 1915 г.

произошло Красницкое сражение русских с германцами, в котором русская артиллерия просто молчала (не было снарядов)… Немцы выкатывали свои лёгкие орудия на открытые позиции на прямую наводку и расстреливали русские порядки с дистанции 2 тыс. м.

Потери в русской армии увеличились. Командование начало выводить войска из Польши. 18 августа из-за предательства коменданта крепость Ковно была сдана без единого выстрела. На следующий день пала крепость Новогеоргиевск.

Техническое превосходство врага подавляло. В разгар этого горестного сражения в русских войсках, как следствие нарастающего хауса, обнару­жилась постыдная нехватка всего, не только снарядов и патронов, но и винтовок, чтобы вооружить пополнение, и сапог, чтобы обуть солдат.

«Фронтовые неудачи больно ударили по моральному духу всей армии. Люди, еще вчера рвавшиеся в бой, начинали прозре­вать, понимая бессмысленность войны во имя царя и союзников. Василевский А.М., к лету 1915 г.

получивший по собственно­му горячему желанию вместо рясы священника (он экстерном окончил семинарию) погоны прапорщика, находился в запасном батальоне в уездном городе Ростове Ярославской губернии.

Он, стремившийся поскорее схватиться с врагом, был поражен наст­роениями офицеров, которых в батальоне насчитывалось около сотни.

Пришло предписание назначить командира маршевой роты. «Собрали всех офицеров, — пишет А.М. Василевский, — и пред­ложили всем желающим отправиться на фронт назвать свои фа­милии.

Важно

Я пылал от нетерпения сражаться, но претендовать на столь высокий пост не мог и молча ожидал, что вот сейчас в от­вет на предложение поднимется лес рук, а, прежде всего, со сторо­ны офицеров, ранее нас прибывших в батальон.

К великому мое­му удивлению, несмотря на неоднократные обращения коман­дира батальона к «господам офицерам», ничего подобного не произошло. В зале воцарилась мертвая тишина. После довольно резких упреков в адрес подчиненных старик полковник сказал: «Ведь вы же офицеры русской армии.

Кто же будет защищать Родину?» По-прежнему молчание. Со слезами на глазах комбат приказал адъютанту приступить к отбору командира роты путем жребия. Сгорая от стыда за себя и за находившихся в зале офицеров, я и еще несколько человек, имевших звание прапорщика, заявили о своей готовности». (Н. Яковлев «1 августа 1914», М.

, «Москвитянин», 1993 г., с. 105).

В результате Горлицкого прорыва практически были сведены на нет успехи русских войск в Галицийской битве 1914 года и в Карпатской операции, возникла реальная угроза оставления русской армией Польши. Теперь противник и с севера, и с юга глубоко охватил русскую Польшу, все еще удерживаемую армиями Северо-Западного фронта.

Группа Макензена на юге и восточно-прусская группировка на севере готовились к осуществлению грандиозных «Канн»: окружению нескольких русских армий, продолжавших обороняться на Средней Висле.

Для производства такого маневра на Восточный фронт шли и шли эшелоны с подкреплениями, перебрасываемыми из Франции, где англо-французы перешли к стратегической обороне, не желая выручать своего русского союзника.

Только к маю на Восточный фронт германским командованием было переброшено девяносто пехотных и пятьдесят четыре кавалерийских полка.

Выходом русских армий из пределов Галиции закончилась Горлицкая операция и последовавший за ней отход русских в направлении Киевского военного округа.

Совет

За два месяца австро-германцы, уничтожая артиллерийским огнём сопротивление русских, отняли то, что было занято армиями Юго-Западного фронта в 1914-м — начале 1915 года.

Потери русских армий были просто громадными: более четырёхсот тысяч человек и около трехсот пятидесяти орудий (только за первые три недели германского наступления). Некоторые современники даже считали, что прорыв на Дунайце и последовавшее за ним отступление предрешили исход войны для России.

Наступление немцев завершилось в сентябре, последний удар немецкой кавалерии был под Свенцянами.

Немецкое наступление было остановлено частично из-за использования огромных резервов, частично из-за демонстративной подготовки наступления англичанами и французами на Западном фронте и, наконец, из-за начавшегося 14 сентября наступления 8-й армии Юго-Западного фронта под командованием Брусилова, которая разгромила 4-ю австрийскую армию.

В 1916 году большая часть частных военных предприятий были национализирована и перешли в казну, то есть в руки государства. Это позволило в 1916 г., хотя и с трудом, преодолеть снарядный и патронный голод.

Источник: http://voynablog.ru/2012/03/25/gorlickij-proryv-1915-goda/

Горлицкий прорыв

Русский Юго-западный фронт занимал растянутое дугой положение от р. Пилица на левом берегу Вислы, далее вверх по р. Дунаец и по ее притоку р. Бяла до Грибова, по Восточным Карпатам, по Лесистым Карпатам; южнее Тысменицы фронт пересекал р.

Днестр и шел вниз по правому берегу реки, упираясь у г. Черновицы в румынскую границу. Правый фланг Юго-западного фронта составляла 4-я армия Эверта на левом берегу Вислы. К ней с юга примыкала 3-я армия Радко-Дмитриева — от впадения р. Дунаец в Вислу до Лупковского перевала через Восточные Карпаты.

Левее до Ужокского перевала через Лесистые Карпаты включительно была расположена 8-я армия Брусилова.

Обратите внимание

Левое крыло Юго-западного фронта составляла 9-я армия Лечицкого и только что сформированная взамен осадной армии Перемышля небольшая, из 2 корпусов, 11-я армия Щербачева, включенная между 8-й и 9-й армиями на важном оперативном направлении Мункач — Стрый.

Горлицкий прорыв

Анализ приведенного расположения Юго-западного фронта, в связи с упомянутыми раньше выдержками из директив ген.

Иванова, указывает, что накануне Горлицкого прорыва русское главное командование потеряло уже уверенность в скором завершении Карпатской операции, но не хотело отказываться от нее для перегруппировки своих сил ввиду готовившегося удара германцев.

От Ставки не могла, конечно, укрыться его опасность для растянутого на 600 км Русского фронта в Галиции, но все меры противодействия ограничивались переброской в резерв фронта к Хырову одного III кавказского корпуса, причем выбор места его расположения диктовался желанием продолжать Карпатскую операцию, которую Иванов, как он доносил в Ставку, собирался возобновить “в конце апреля”. В сущности, ни верховный главнокомандующий, ни главнокомандующий Юго-западным фронтом не реагировали на поступавшие к ним из разных источников сведения о назревании германского наступления в Галиции, и только III кавказский корпус был двинут командованием фронта из Хырова на Кросно.

Полным контрастом с бездеятельностью русского главного командования вырисовывается кипучая работа Фалькенгайна по подготовке прорыва. Для операции прорыва выбраны были закаленные войска. Они были снабжены обильной артиллерией до самых крупных калибров, минометами, большим количеством снарядов.

В части назначены были офицеры, хорошо усвоившие на Западном фронте наиболее важные новые приемы боя. Были приняты особые меры к сохранению тайны подготовки. Германские войска везлись в Галицию кружным путем. Никто не знал о своей задаче до подхода к станции высадки. На почте был установлен самый строгий контроль.

Предпринят был ряд демонстративных операций для отвлечения внимания от направления главного удара. Фалькенгайн просил Конрада о том, чтобы его правительство пошло навстречу желаниям Италии и побудило ее, таким образом, к соблюдению нейтралитета, по крайней мере пока удар не будет произведен.

Далее германская атака на западе у Ипра, о которой сказано выше, с применением впервые газов, была одной из демонстраций для сокрытия Галицийского прорыва. Гинденбургом была проведена подобная же операция в Риго-Шавельском районе, куда был двинут корпус, подпиравший германский кавалерийский рейд в районе Курляндии.

Немецкие разъезды дошли до р. Аа; при поддержке флота была занята Либава, которую начальник порта сдал вопреки требованию генерала Алексеева.

Важно

Для прорыва была назначена 11-я германская армия под командованием генерала Макензена и при начальнике штаба полковнике Сект. Армия — из 5 корпусов, всего в составе 8 германских, 2 австро-венгерских пех. дивизий и 1 австрийской кав. дивизии.

Читайте также:  Vi конгресс коминтерна

Вместе с этой армией в прорыве приняла участие 4-я австрийская армия эрцгерцога Иосифа-Фердинанда, в составе 5 австрийских пех., 1 австрийской кав. и 1 германской пех. дивизий. Эта армия также была подчинена Макензену.

В составе 11-й армии находились лучшие германские войска, стяжавшие себе известность на Западном фронте, а именно: Гвардейский корпус, X армейский, XLI резервный и Сводный корпуса; последний имел 11-ю баварскую и 119-ю пех. дивизии. Из австрийских войск в состав 11-й армии был включен 6-й корпус из 2 дивизий.

Ближайшей целью Макензену было поставлено — прорывать Русский фронт на участке Горлица — Громник, сбить русских на всем фронте их 3-й армии от устья р. Дунаец до Лупковского перевала. Южному крылу 11-й армии было указано держаться главного направления на Змигрод — Дукла — Санок.

11-я германская армия в конце апреля прибыла на фронт 4-й австрийской армии, причем эта последняя стянулась влево на р. Дунаец, чтобы 11-я армия могла стать между 4-й и 3-й австрийскими армиями. 3-я австрийская армия генерала Бороевича получила задачу, наступая уступами слева, обеспечить правый фланг 11-й германской армии.

Прочие армии, стоявшие правее 3-й, а именно: 2-я австрийская и Южная, должны были активными действиями приковать к себе стоявшие против них русские войска.

Армия Макензена была снабжена мощной артиллерией в составе 143 батарей с 624 орудиями; из них 40 тяжелых батарей с 168 орудиями, в том числе 106 гаубиц калибром 15 см, 16 гаубиц — 21 см, 12 гаубиц — 30,5 см. Сверх того, в ее распоряжении было 70 минометов. Непосредственно в прорыве приняло участие 10 пех. и 2 кав.

дивизии, всего 5 корпусов, из которых 1 был поставлен во второй линии в качестве резерва. Ближайшей задачей им было поставлено прорвать русские позиции на участке Ропица-Русская — Горлица — Сташкувка — Ржепенник и повести наступление на участок Змигрод — Колачице.

Совет

С русской стороны прорыв охватил оборонительную полосу X армейского и левого фланга XI армейского корпуса, — всего 4 пех. дивизии. В армейском резерве 3-й русской армии стояла 63-я пех. дивизия в районе г.

Ясло, где находился штаб армии. Бригада 81-й пех. дивизии была расположена в г. Змигроде. Две кав. дивизии в г. Кросно и 2 казачьи дивизии находились в тылу на отдыхе: 3-я Донская — в г.

Дембовец и 3-я кавказская казачья — в г. Ржешув.

Русские позиции состояли из главной оборонительной линии, расположенной на склонах высот, обращенных в сторону противника, и двух тыловых линий на расстоянии 2-5 км одна от другой.

Эти оборонительные линии представляли окопы полного стрелкового профиля, но с весьма малым количеством блиндированных сооружений; прочных бетонированных построек не было вовсе.

Проволокой была оплетена сплошь только первая линия; перед тыловыми линиями проволочные заграждения были узки и — только на некоторых участках.

Позиция страдала вообще недостатком глубины, — это были линии окопов, слабо между собой связанные закрытыми ходами сообщений и не имевшие солидных опорных пунктов. Главным же недостатком укрепления позиции было отсутствие самостоятельных тыловых позиций. Оборонительные рубежи pp. Вислока и Вислок не были укреплены. Только в районе Биеча, на расстоянии 10 км от первой оборонительной позиции, имелись окопы.

Таким образом, германский прорыв определялся шириной в 35 км и был произведен 10 дивизиями против 5 русских, если считать 63-ю дивизию, которая находилась в одном переходе от фронта прорыва.

Особенно резко бросалась в глаза разница в количестве и мощности артиллерии: 143 германские батареи с 624 орудиями, из которых 40 тяжелых батарей с 160 орудиями, против 22 русских батарей с 105 орудиями. Тяжелых орудий у русских было, не считая полевых гаубиц, всего 4-42-линейные пушки и 2-6-дм.

Обратите внимание

облегченные. У Макензена пехоты было вдвое больше, всей артиллерии в 6 раз больше, а тяжелой артиллерии в 40 раз больше.

Несравнимо было количество снарядов, которым располагали обе стороны: германцы имели возможность в течение нескольких часов артиллерийской подготовки выпустить до 700 выстрелов из каждого легкого и до 250 выстрелов из каждого тяжелого орудия. Кроме того, впервые были применены мощные минометы, выбрасывавшие мины, производившие потрясающее впечатление на русские войска своим грохотом разрыва и высотой земляных фонтанов. У русских приказано было беречь каждый выстрел[1].

Атака Макензена была начата 2 мая в 10 ч утра. Ей предшествовала артиллерийская подготовка из 600 орудий, открывших канонаду с 9 ч вечера накануне с перерывами.

Непосредственная подготовка, когда все орудия развили наибольшую скорость стрельбы, началась в 6 ч утра 2 мая и продолжалась до 9 ч, всего 3 ч. В этот момент артиллерия замолкла, и начался огонь 70 минометов специально для разрушения окопов.

В короткий срок русские окопы были сравнены с землей, а от проволочных заграждений остались какие-то лохмотья.

Ровно в 10 ч на всем 35-километровом пространстве начался германский штурм русских позиций. На этот день “тарану” Макензена была дана скромная задача овладеть первой линией русских окопов. Он целиком выполнил ее, отбил на своем правом фланге и в центре две контратаки, захватил 17 тыс. пленных и 8 орудий, но продвинулся в глубину расположения русских всего на 2-5 км.

На следующий день, 3 мая, “таран” наткнулся на упорное сопротивление русских, и Макензен был вынужден ввести в дело резерв (X германский корпус); но, несмотря на это, войска Макензена не смогли выполнить поставленной им на этот день задачи — овладеть третьей линией окопов — и дошли только до линии Пржегодина (искл.) — Родзеяе — Биеч (искл.) — Зурова (искл.).

Обеспечивающая правый фланг армии Макензена 3-я австрийская армия продвинулась своим левым флангом до линии Баница — Пржегодина, а правофланговый X корпус 4-й австрийской армии переправился на правый берег р. Бяла. Германцы в этот день продвинулись от 2 до 6 км.

Важно

В первые 2 дня германские атаки свелись к фронтальному вытеснению русских, и в их наступлении еще не обозначалось ничего угрожающего ни для Юго-западного фронта, ни для 3-й русской армии.

Занимавшие участок прорыва русские части (42-я дивизия IX корпуса, 31, 61 и 9-я дивизии X корпуса и правый фланг 49-й дивизии XXIV корпуса) выполнили свою задачу и выиграли необходимое для командования фронта и армии время на то, чтобы разобраться в обстановке и приступить к организации контрманевра. К этому времени все корпуса 11-й германской армии уже втянулись в бой, а к русским подходил III кавказский корпус. Обстановка настоятельно требовала отвода левого фланга 3-й и правого фланга 8-й армии и образования резервов, так как дальнейшее наступление 11-й германской армии могло начать угрожать путям отхода XXIV армейского корпуса.

4 мая был критический день: он предрешал успех или неудачу операции Макензена. В этот день корпуса Макензена продолжали наступление с целью достигнуть к вечеру р.

Вислока, но они опять не смогли выполнить поставленной им задачи, продвинулись в центре и на левом фланге всего на 5 — 6 км, и только на правом фланге сводному корпусу Кнейселя удалось глубоко проникнуть в расположение русских и близко подойти к г. Змигроду[2].

Задержка левого фланга и центра 11-й германской армии была достигнута дорогой ценой: против них были брошены в разных направлениях части подошедшего III кавказского корпуса; германский Гвардейский корпус начал перегруппировку с целью выделить за свой левый фланг резервы.

Ни фронт, ни 3-я армия русских не располагали резервами и главнокомандующий был вынужден согласиться на отвод 3-й армии к р. Вислока. Несмотря на угрожающее положение со стороны Сводного германского корпуса командования фронтом и армией все еще не уяснили себе обстановки, и последнее отводило левый фланг XXIV армейского корпуса на фронт Сводного германского корпуса[3]. Время для организации контрманевра было упущено.

К вечеру 5 мая левый фланг и центр 11-й германской армии подошли к р. Вислока; Сводный германский корпус занял район Змигрод — Глойсце, а 20-я дивизия X германского корпуса захватила Ветржно, что и предрешило гибель 48-й дивизии XXIV армейского корпуса.

К утру 6 мая фронт русских тянулся от устья р. Нида через Пильзно — Ясло — Ясел — Выдряны. Положение 3-й армии было очень тяжелое. В этот день главный удар 11-й германской армии был направлен на ее центр и левый фланг (на III кавказский, XXIV и XII корпуса).

Совет

Несмотря на это, Ставка и фронт требовали скорейшего перехода в наступление; отвод левого фланга армии дал возможность ген.

Радко-Дмитриеву вывести в резерв XXI корпус, и, выполняя требование фронта, он бросил его во фронтальную контратаку, которая уже не могла иметь успеха, и 3-я армия начала отходить на линию Щучин — Велеполе — Лутча — Буковска.

Одновременно с наступлением XXI корпуса перешла в наступление на крайнем левом фланге 9-я русская армия, но, разумеется, успех ее наступления не мог облегчить положения 3-й русской армии.

На 6-й день прорыва, 7 мая, 11-я германская армия достигла линии Фрыштат — Кросно — Риманув, а 3-я австрийская — Дукла — Яслиска. За 6 дней глубина прорыва достигла 40 км.

Самым неблагоприятным признаком создавшегося для Юго-западного фронта положения явилось полное разногласие в руководстве русскими войсками. Начальник штаба фронта генерал В.

Драгомиров[4] и командующий 3-й армией сознавали необходимость немедленного отскока назад с целью выиграть время и пространство для перегруппировки сил и сбора подкреплений в 3-ю армию.

Но Иванов и верховный главнокомандующий не допускали отхода с целью выигрыша времени и пространства, и все их распоряжения по адресу Радко-Дмитриева проникнуты были мыслью не отходить, не уступать захваченной территории и немедленно ограничить германский прорыв.

Эта настойчивость сверху крайне нервировала Радко-Дмитриева, человека очень впечатлительного и понимавшего свое щекотливое, как болгарина, положение.

Обратите внимание

У него не оказалось гражданского мужества руководить операцией, как он понимал дело, и на этом основании он выпустил из рук управление войсками и, подчинившись Иванову, стал бессистемно бросать в бой прибывавшие подкрепления, от чего получился ряд мелких контрударов, неизменно кончившихся, как и следовало ожидать, для 3-й армии неудачей. Так, на протяжении первых же дней операции ничего не получилось от перехода в контрнаступление III кавказского и XXI, а в последующие дни V кавказского и XXIV корпусов.

В связи с безостановочно продолжавшимся отходом 3-й армии Иванов вынужден был отвести назад примыкавшие к ее флангам части 4-й и 8-й армий, и, наконец, 10 мая, спустя 9 дней жестоких боев, было решено поставить армиям Юго-западного фронта новую, уже оборонительную задачу сохранения за русскими Восточной Галиции, воспользовавшись оборонительными линиями pp. Сан и Днестр. Согласно этому решению 3-я армия 13 мая отошла на р. Сан, причем относительно Перемышля было указано не рассматривать этот пункт как крепость, а только как участок заблаговременно укрепленной позиции, обороняемой лишь постольку, поскольку она продолжает заниматься полевыми войсками. К 15 мая Юго-западный фронт занял новое расположение: 3-я армия — на р. Сан, 8-я армия — в промежутке между pp. Сан и Днестр, 4-я армия оттянула свой левый фланг к р. Висла; остальные 2 армии — 11-я и 9-я — должны были активно оборонять р. Днестр и русскую границу до Румынии.

[1] Дневной расход в 3-й армии был установлен для гаубичной батареи в 10 выстрелов, т.е. по 1 1/3 выстрела на гаубицу.

[2] В ночь на 5 мая линия фронта тянулась от Баницы через Пржегодин на Бржезова и далее через Свенцяне и Радощице на Тухов.

[3] Командир XXIV армейского корпуса просил разрешения у командования 3-й армией отвести левый фланг корпуса (48-я дивизия) через Свидник — Барвинон — Тылава на Риманув, но оно приказало 48-й дивизии отходить через Ожену — Граб — Исла — Дукла на Риманув, т.е.

по дороге, которой уже 4 мая угрожал Сводный германский корпус Как видно, командование 3-й армией не знало истинной обстановки, что подтверждается и генералом Радко-Дмитриевым, который спустя год утверждал, что наиболее угрожающее положение было на фронте IX и X, а не XXIV армейского корпуса.

[4] В. Драгомиров был начальником штаба 3-й армии перед назначением на эту должность в ноябре 1914 г генерала Добророльского и должен был уйти вследствие столкновений с Радко-Дмитриевым.

Источник: http://xn—-7sbbfcoy5atdmf5qh.xn--p1ai/article/item/57

Ссылка на основную публикацию