Пушкин, лермонтов, гоголь

Читать

Юрий Лотман

В ШКОЛЕ ПОЭТИЧЕСКОГО СЛОВА

ПУШКИН

ЛЕРМОНТОВ

ГОГОЛЬ

Книга для учителя

Москва

«Просвещение»

1988

Рецензенты: заслуженный учитель школы РСФСР Р. И. Никитина;

доктор филологических наук, профессор В. Н. Аношкина;

доктор филологических наук, профессор Б. Ф. Егоров.

ВВЕДЕНИЕ

Эта книга обращена к учителю-словеснику — филологу, преподающему литературу в старших классах.

И в первую очередь автор обращает ее к молодому учителю, ищущему свои пути в том трудном деле, конечная цель которого — привить ученикам любовь к русской литературе, научить их понимать художественное произведение, приобщить их к высокому духовному строю подлинной культуры. Это трудное дело.

Оно требует и от самого учителя напряжения сил, любви и подлинной культуры. В частности, культуры филологической. Автор сознательно подчеркивает то, что школьный преподаватель литературы — филолог.

Обратите внимание

Мы живем во время, когда многие сложившиеся и долго считавшиеся истинами представления приходится преодолевать, многие психологические стереотипы — перестраивать. Это, конечно, беспокойно и нарушает привычки, но это неотвратимо.

Среди укоренившихся, но вредных представлений можно назвать идею «китайской стены», которая, якобы, отгораживает «высокую», «академическую», вузовскую науку о литературе от изучения литературы в школе. Сторонники этой теории более всего озабочены тем, чтобы не дать учителю (а через него и ученику) «лишнего».

Литература сводится к программе по литературе, чтение произведений — к чтению «отрывков» и «выдержек», анализ — к ответам на вопросы для повторения. Стереотип влечет за собой скуку, скука убивает интерес к предмету. Культура проходит мимо…

В культуре нет и не бывает «лишнего» (нельзя быть «слишком культурным», как слишком умным или добрым). Преодоление наукобоязни — этой, к сожалению, распространенной болезни — важнейший шаг на пути к той школе, создать которую требует от нас время.

Когда-то Петр I вписал в воинский устав слова о том, что «солдат есть имя общее, знаменитое»: «Речение солдат просто содержит в себе всех людей, которые при войске суть, от вышнего генерала даже и до последнего». Точно так же «учитель» — имя общее, знаменитое и содержит всех, которые при обучении суть. И все — «от вышнего даже и до последнего» — филологи, суть при науке. Меняются средства, но не меняются цели.

Эта книга — не монография. Это сборник статей, сосредоточенных вокруг узловых вопросов школьного курса истории русской литературы начала XIX в.

и имеющих целью расширить кругозор учителя, заставить его задуматься, по возможности стимулировать его дальнейшее чтение.

Школа должна приучать людей думать, а потому она не имеет права упрощать реальный исторический процесс, сглаживать трудности, приучать к простым и бездумным ответам.

Важно

Приучить ученика понимать, чувствовать, любить литературу, — чтобы эти слова не остались пустыми, надо над ними задуматься и четко представить, что это три разные задачи. И средства для их достижения различные.

Именно поэтому автор включил в настоящий сборник три типа статей.

Анализ идей, лежащих в основе тех или иных художественных произведений, расширяет понимание, приучает видеть в литературном тексте акт мысли, требующий от читателя встречных интеллектуальных усилий.

Однако художественное произведение — не рифмованные прописи, а органическое создание творческого гения их автора. Его надо не только понять — им надо насладиться, пережить, перечувствовать. Ученика надо научить «художественному слуху». С этой целью в книгу включены исследования художественной ткани, стиля. Конечная цель этого вида работы — привить чуткость к поэтическому слову.

Любовь — чувство личное. Для того чтобы ученик полюбил произведение, оно должно перестать быть безликой книгой на полке и тем более не «заданием».

Читатель должен почувствовать стоящую за книгой личность автора, его судьбу, его радости и страдания, цели и надежды. Третья группа статей вводит образ человека той далекой от нас эпохи.

Автор стремился дать не парадный, условный портрет, а живую личность, способную вызвать непосредственный читательский отклик.

Предлагаемый вниманию читателей сборник составлен из статей разных лет: самая ранняя была опубликована в 1962 г., самые новые — в 1985 г. Тем не менее автор надеется, что сборник представляет собой книгу, отмеченную и внутренним единством темы, и связанным развитием исследовательской мысли.

Надежда эта основана на истории создания книги: она неразрывно связана с тридцатипятилетней педагогической деятельностью автора и отражает его непрерывную в течение 1950–1985 гг. работу над построением курса истории русской литературы первой трети XIX столетия. Работа эта продолжается и в настоящее время.

Совет

Именно ощущение связанности развития исследовательской концепции обусловило мое решение не вносить в текст глав, которые прежде были опубликованы в качестве отдельных статей, никаких изменений.

В том случае, когда (как это имело место в главе, посвященной «Капитанской дочке») высказанные автором положения вызвали полемику, читатель найдет ссылки на статьи оппонентов и сможет вынести заключение сам. Вносить свои полемические ответы в текст я считал излишним.

Курсы лекций, в ходе обдумывания которых возникли предлагаемые работы, читались студентам-русистам, будущим учителям-словесникам и учителям — слушателям курсов повышения квалификации.

Это определило сосредоточение внимания на ведущих фигурах русской литературы первой трети XIX в.

: Пушкине, Лермонтове и Гоголе, а в пределах творчества этих авторов — на важнейших их произведениях: «Евгении Онегине», «Мертвых душах», «Ревизоре», «Герое нашего времени», а также на общих вопросах развития русского реализма 1820–1840-х гг.

Наблюдая за треть века изменения, которым подвергалась программа школьного изучения русской литературы, и думая о тех, которые неизбежно будут происходить в будущем (автор надеется, что учителям, которые возьмут в руки эту книгу, предстоит еще долгий срок работы в классе и что многие из них будут учить учеников в XXI в.

), я пришел к убеждению, что принципиально ошибочно (а это часто делают, аргументируя соображениями «практики», в данном случае совершенно ложно понимаемой) полагать, что подготовка учителя должна строго ограничиваться ориентацией на ту или иную действующую в данное время программу.

Более правильным представляется стремление вооружить учителя способностью самостоятельно и без больших для себя трудностей подготавливать материал в условиях динамического изменения программы.

Для этого учитель должен иметь сведения более широкие, чем объем программного материала, и должен уметь читать делающиеся все более сложными научные книги и понимать усложняющуюся науку о литературе.

Если багаж учителя-словесника по части специальной научной литературы будет ограничиваться тем, что́ ему пришлось прочесть в вузе, он неизбежно утратит контакт с динамикой филологической науки. Филология (и, в частности, литературоведение) в наши дни развивается стремительно, ищет новых методов анализа, обогащается фактическим материалом, впитывает в себя данные смежных наук. А процесс обогащения науки неизбежно отразится и на школьном преподавании. И наша задача — подготовить к этому учителя.

Мы живем в век научно-технической революции. Слова эти могли бы показаться банальными, если бы не отражали реальности. Однако частое повторение этих слов еще не означает понимания их смысла.

Обратите внимание

Нам, конечно, трудно, даже невозможно предугадать последствия глубоких перемен, которые неизбежно последуют за научно-технической перестройкой не только производства и быта, но и самых привычных наших понятий.

Но для историков и теоретиков культуры, к числу которых себя причисляет автор настоящей книги, очевидна ошибочность распространенного представления о том, что значение гуманитарных знаний в общем балансе культуры будет падать. Скорее всего, следует ожидать прямо противоположного.

Развитие современной науки и техники требует не «запрограммированного» человека, а человека-творца. Неизбежным последствием научно-технической революции для школы будет рост удельного веса индивидуальной работы с учеником. А это потребует от учителя способности варьировать методы и приемы, угадывать личность ученика, потребует высокой гуманитарной культуры.

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=157091&p=1

Великий треугольник золотого века: Пушкин – Лермонтов – Гоголь

Великий треугольник золотого века: Пушкин – Лермонтов – Гоголь

5.12.2014

Лаврова Г.Н.

Цели:

  • развитие творческих способностей учащихся;
  • формирование интереса к литературе;
  • воспитание нравственных качеств личности, чувство патриотизма и гордости за свою родину.

Музыкальный и видеоматериал:

«Степь», Гр. «Пелагея»

«Что может быть лучше России», Е.Крылатов

«Степная рапсодия» – видеозаризовки

«Любо братцы, любо…» – отрывок из к/ф «Тарас Бульба»

Литературный материал:

«Деревня», А.С.Пушкин

«Ангел», М.Ю.Лермонтов

«Родина», М.Ю.Лермонтов

«Степь» – отрывок из повести Н.В.Гоголя «Тарас Бульба»

Ход мероприятия

I.Организационный момент

II. Работа по теме

  1. Вступительное слово учителя.

Завершается 2014 год, объявленный в нашей стране годом культуры. Мы живём с вами в великой стране с не менее великой историей. Нашими учёными сделаны великие открытия, а достоянием нашей культуры могут позавидовать многие другие народы Мира.

2. Читают учащиеся:

а) Русь! Отчизна моя! Россия! Могучая и величественная Родина! Как не любить твоих садов, полей и нив! Ведь ты необъятна и несравненна. Я люблю твои моря и реки, горы и равнины, бескрайние поля и нивы, города и села. Как приятно слышать нежные звоны колоколов старомосковских монастырей!

  1. Просмотр видеофрагмента «Что может быть лучше России»

Россия! Сколько пришлось пережить тебе трудных дней, но ты выстояла, осталась гордой и величественной.

Россия – моя Родина. А что же представляла из себя Россия в девятнадцатом веке? Как там жили люди, строились города?

б) Девятнадцатый век – золотой век русской литературы и время расцвета культуры и искусства. Россия превратилась в могучую державу, укрепила свое экономическое положение.

Благодаря поэтам, писателям, композиторам, художникам, нам легко воссоздать образ России того времени.

Мировое значение нашей литературы начинается с Пушкина – “солнца русской поэзии”. Продолжили традиции Пушкина Лермонтов, Толстой, Достоевский, Чехов, Булгаков и много еще величайших имен, прославивших Россию.

  1. Слово учителя. XIX век по праву называют “золотым веком русской литературы”. Ни одна литература мира не дала за столь короткий срок такое количество произведений, затрагивающих самые разные проблемы русской действительности. Имена Пушкина, Лермонтова, Гоголя, Тургенева, Толстого, Некрасова, Чехова и других великих художников слова составили гордость и славу нашей литературы

Я предлагаю начать наше путешествие по России девятнадцатого века со строк великого Пушкина.

а) “Солнцем нашей поэзии” называют Александра Сергеевича Пушкина.

Пушкин был очень ярким, жизнерадостным, оптимистичным человеком. Отсюда и своеобразие его поэзии и прозы.

Он страстно хотел видеть человека свободным, своими произведениями звал на борьбу, призвал все силы отдать на благо Родины:

Мой друг, Отчизне посвятим Души прекрасные порывы!

Важно

За сравнительно недолгую жизнь – Пушкин погиб в 37 лет от раны, полученной на дуэли – им написаны сотни стихотворений, поэмы, ставшие классическими: “Руслан и Людмила”, “Кавказский пленник”, “Бахчисарайский фонтан”, “Полтава”, “Медный всадник” и др., роман в стихах “Евгений Онегин”, исторические драмы “Борис Годунов” и “Маленькие трагедии”, великолепные “Повести Белкина”, “Капитанская дочка” и “Дубровский” – в прозе.

Александр Сергеевич очень любил свою страну, всё его творчество пронизано любовью к Родине, к русскому народу, верой в великое будущее Отчизны:

Деревня

Приветствую тебя, пустынный уголок, Приют спокойствия, трудов и вдохновенья,Где льется дней моих невидимый потокНа лоне счастья и забвенья. Я твой — я променял порочный двор цирцей, Роскошные пиры, забавы, заблужденья На мирный шум дубров, на тишину полей, 

На праздность вольную, подругу размышленья.

Я твой — люблю сей темный сад С его прохладой и цветами, Сей луг, уставленный душистыми скирдами,Где светлые ручьи в кустарниках шумят.

Везде передо мной подвижные картины: Здесь вижу двух озер лазурные равнины, Где парус рыбаря белеет иногда,За ними ряд холмов и нивы полосаты,Вдали рассыпанные хаты, На влажных берегах бродящие стада, Овины дымные и мельницы крилаты; 

Везде следы довольства и труда…

***

Б) Пушкин ещё был жив, а уже было понятно, что в России есть ещё один великий поэт. Появился Лермонтов 

Вхождение Лермонтова в литературу было стремительным. В дни смерти Пушкина вся Россия узнала имя его преемника. Лермонтов как бы подхватил знамя поэзии, выпавшее из рук Пушкина, когда появилось в рукописных экземплярах его знаменитое стихотворение «Смерть поэта».

Но писал Лермонтов уже многие годы. Писал, но не публиковал. Лермонтов боготворил Пушкина как поэта. Он не был с ним знаком, хотя у них были общие друзья. Молодой Лермонтов только мечтал о том, чтобы понести на суд Пушкина свои произведения.

За свою короткую жизнь (он умер в 27 лет) он создал огромное количество философских, романтических, патриотических стихотворений о любви и дружбе, о природе, о поисках смысла жизни. Когда читаешь эти стихотворения, тебя охватывает странное чувство. В его стихотворениях такая глубокая горечь и печаль, что сердце невольно сжимается от боли:

И скучно и грустно, и некому руку подать
В минуту душевной невзгоды…

Эта горечь распространяется не только на него самого, но и на все поколение.

С тревожной болью говорит о том, что у его современников – образованных людей – нет ни сильных чувств, ни прочных привязанностей, ни убеждений:

И ненавидим мы, и любим мы случайно,
Ничем, не жертвуя ни злобе, ни любви …

Звучит композиция на стихи М.Ю.Лермонтова «Ангел. Играет Цепкова Мария

Совет

Стихотворение «Ангел» относится к раннему периоду творчества Михаила Лермонтова. Оно было написано в 1831 году, когда юному поэту едва минуло 16 лет. В основу этого произведения легла детская колыбельная, которую автор часто слышал от матери.

«Ангел» Читает Кныш Настя

По небу полуночи ангел летел,И тихую песню он пел,И месяц, и звезды, и тучи толпойВнимали той песне святой.Он пел о блаженстве безгрешных духовПод кущами райских садов,О Боге великом он пел, и хвалаЕго непритворна была.

Он душу младую в объятиях несДля мира печали и слез;И звук его песни в душе молодойОстался — без слов, но живой.И долго на свете томилась она,Желанием чудным полна,И звуков небес заменить не могли

Ей скучные песни земли.

Учитель: «Ангел» — эпическое и очень романтичное произведение, повествует оно о рождении нового человека, душу которого несет ангел, чтобы воссоединить ее с телом еще до того, как ребенок появится на свет.

Во время этого загадочного ночного путешествия ангел поет удивительную по красоте песню, в которой восхваляет достоинства праведной жизни и обещает пока еще безгрешной душе младенца вечный рай.

Однако реалии земной жизни весьма далеки от небесного блаженства, ребенку с детства предстоит столкнуться с болью и унижениями, печалью и слезами. Но отзвук волшебной песни ангела навсегда остался в душе человека, и он пронес через всю свою долгую жизнь.

 М. Ю. Лермонтов — духовный преемник Пушкина. Он отразил в своих произведениях размышления о своем поколении, о времени, о себе, о Родине. Все стихи поэта рождались “из пламя и света”, то есть из бури чувств и напряженно бьющейся мысли.

«Родина» М.Ю. Лермонтов Читает Люблю отчизну я, но странною любовью!Не победит ее рассудок мой.Ни слава, купленная кровью,Ни полный гордого доверия покой,Ни темной старины заветные преданьяНе шевелят во мне отрадного мечтанья.

Но я люблю – за что, не знаю сам -Ее степей холодное молчанье,Ее лесов безбрежных колыханье,Разливы рек ее, подобные морям;Проселочным путем люблю скакать в телегеИ, взором медленным пронзая ночи тень,Встречать по сторонам, вздыхая о ночлеге,Дрожащие огни печальных деревень;Люблю дымок спаленной жнивы,В степи ночующий обозИ на холме средь желтой нивыЧету белеющих берез.С отрадой, многим незнакомой,Я вижу полное гумно,Избу, покрытую соломой,С резными ставнями окно;И в праздник, вечером росистым,Смотреть до полночи готовНа пляску с топаньем и свистом

Под говор пьяных мужичков.

О своей кровной связи с русской, родной ему природой, с русским народом, “горестями и радостями его жизни заявляет он в этом стихотворении.

***

Обратите внимание

Передовые люди девятнадцатого века критиковали, обнажали недостатки русской жизни, но и гордились тем, что родились в такой великой стране, воспевая в своих произведениях её величие, красоту русской природы

Отрывок «Степь» из повести «Тарас Бульба». Читает ________________ Просмотр видеофрагмента «Степь»

Солнце выглянуло давно на расчищенном небе и живительным, теплотворным светом своим облило степь. Всё, что смутно и сонно было на душе у козаков, вмиг слетело; сердца их встрепенулись, как птицы.

          Степь, чем далее, тем становилась прекраснее. Тогда весь юг, всё то пространство, которое составляет нынешнюю Новороссию, до самого Чёрного моря, было зелёною, девственною пустынею. Никогда плуг не проходил по неизмеримым волнам диких растений.

Одни только кони, скрывавшиеся в них, как в лесу, вытаптывали их. Ничего в природе не могло быть лучше. Вся поверхность земли представлялась зелёно-золотым океаном, по которому брызнули миллионы разных цветов.

Сквозь тонкие, высокие стебли травы сквозили голубые, синие и лиловые волошки; жёлтый дрок выскакивал вверх своею пирамидальною верхушкою; белая кашка зонтикообразными шапками пестрела на поверхности; занесённый бог знает откуда колос пшеницы наливался в гуще.

Под тонкими их корнями шныряли куропатки, вытянув свои шеи. Воздух был наполнен тысячью разных птичьих свистов. В небе неподвижно стояли ястребы, распластав свои крылья и устремив глаза свои в траву. Крик двигавшихся в стороне тучи диких гусей отдавался бог весть в каком дальнем озере.

Из травы подымалась мерными взмахами чайка и роскошно купалась в синих волнах воздуха. Вон она пропала в вышине и только мелькает одною чёрною точкою. Вон она перевернулась крылами и блеснула перед солнцем… Чёрт вас возьми, степи, как вы хороши!

          Вечером вся степь совершенно переменялась. Всё пёстрое пространство её охватывалось последним ярким отблеском солнца и постепенно темнело, так что видно было, как тень перебегала по нём, и она становилась тёмно-зелёною; испарения подымались гуще, каждый цветок, каждая травка испускала амбру, и вся степь курилась благовонием.

Важно

По небу, изголуба-тёмному, как будто исполинскою кистью наляпаны были широкие полосы из розового золота; изредка белели клоками лёгкие и прозрачные облака, и самый свежий, обольстительный, как морские волны, ветерок едва колыхался по верхушкам травы и чуть дотрагивался до щёк. Вся музыка, звучавшая днём, утихала и сменялась другою.

Пёстрые суслики выпалзывали из нор своих, становились на задние лапки и оглашали степь свистом. Трещание кузнечиков становилось слышнее. Иногда слышался из какого-нибудь уединённого озера крик лебедя и, как серебро, отдавался в воздухе.

Путешественники, остановившись среди полей, избирали ночлег, раскладывали огонь и ставили на него котёл, в котором варили себе кулиш; пар отделялся и косвенно дымился на воздухе. Поужинав, казаки ложились спать, пустивши по траве спутанных коней своих. Они раскидывались на свитках. На них прямо глядели ночные звёзды.

Они слышали своим ухом весь бесчисленный мир насекомых, наполнявших траву, весь их треск, свист, стрекотанье, – всё это звучно раздавалось среди ночи, очищалось  свежем воздухе и убаюкивало дремлющий слух. Если же кто-нибудь из них подымался и вставал на время, то ему представлялась степь усеянною блестящими искрами светящихся червей.

Иногда ночное небо в разных местах освещалось дальним заревом от выжигаемого по лугам и рекам сухого тростника, и тёмная вереница лебедей, летевших на север, вдруг освещалась серебряно-розовым светом, и тогда казалось, что красные платки летели по тёмному небу.

Слушание песни «Степь. Казак лихой…» (Пелагея)

Учитель: Образ степи для Гоголя – это образ Родины, ради неё казаки совершают свои подвиги если надо умрут, защищая её. Привольные, бескрайние степные просторы помогают нам понять запорожцев. В такой степи могут жить лишь мужественные, сильные, смелые, гордые люди, наделённые широкой душой и щедрым сердцем.

Степь – Родина героев, богатырей – запорожцев, одним из которых и был Тарас Бульба.

Исполнение песни «Любо братцы, любо…»

Как на грозный Терек да на высокий берег,Выгнали казаки сорок тысяч лошадей.И покрылось поле, и покрылся берегСотнями порубаных, постреляных людей.

Любо, братцы, любо,Любо, братцы, жить!С нашим атаманом не приходится тужить!Любо, братцы, любо,Любо, братцы, жить!С нашим атаманом не приходится тужить!Атаман узнает, кого не хватает —Сотенку пополнит, да забудет про меня.

Жалко только волюшку да во широком полюшке,Солнышка горячего да верного коня.Любо, братцы, любо,Любо, братцы, жить!С нашим атаманом не приходится тужить!А первая пуля, а первая пуля,А первая пуля в ногу ранила коня.А вторая пуля, а вторая пуля,А вторая пуля в сердце ранила меня.

Любо, братцы, любо,Любо, братцы, жить!С нашим атаманом не приходится тужить!Жинка погорюет, выйдет за другого,За мово товарища, забудет про меня.Жалко только волю во широком поле,

Жалко мать-старушку да буланого коня….

III. Итог мероприятия

Многое изменилось в жизни России. К сожалению, много в мире еще мерзости, гадости. Много подлых людей, которые отравляют жизнь простому трудовому народу. Но я верю, что придет время и на нашей прекрасной земле воцарится Мир, Дружба и Счастье!

Совет

Скоро ли придет оно, это время? Не знаю, но верю в великое будущее моей несравненной Родины. И мне очень хочется, чтобы все люди поверили в это.

Очень богата наша Россия на праздники, обряды, традиции, которые передаются нам от поколения к поколению. Будет очень здорово, если это наследие, это богатство мы с вами не забудем, будем беречь и хранить, потому что это наша Родина, наша Россия. 

Источник: https://kopilkaurokov.ru/literatura/meropriyatia/vielikii-trieughol-nik-zolotogho-vieka-pushkin-liermontov-goghol

Ислам в русской литературе: о чем писали Пушкин, Гоголь, Лермонтов?

Русская поэзия и ислам

Не позабудь: Коран – остереженье,

Он указание, куда и как идти.

В его строках – всегда внушенье,

И означение пути.

К.Бальмонт

Пушкин, Лермонтов, Тютчев, Достоевский, Толстой – думаем, никто не будет спорить, что имена эти известны по всему миру, а их произведения есть золотой фонд мировой классической литературы. Но далеко не каждый знает о том, что в своём творчестве эти поэты особое внимание уделяли Исламу, Пророку Мухаммаду (мир ему и благословение Всевышнего) и Благородному Корану.

Ранее мы говорили о том, как Лев Толстой был связан с исламской религией и какое влияние он оказал на ищущий ум писателя. А сегодня мы хотим познакомить Вас более подробно с предпосылками появления интереса к «магометанству» со стороны ведущих российских поэтов и писателей.

Обратимся к событиям XIX века. Русско-турецкая война 1829 года завершилась Адрианопольским миром в канун 1500-летия переноса Константином Великим столицы из Рима в Византию.

Перед этим 8 августа русские без боя вошли в Адрианополь, остановившись перед незащищённым Стамбулом.

Почему для нас примечательно это событие? Всё просто: среди участников оказались два великих поэта и дипломата – Пушкин и Тютчев.

Александр Пушкин с войсками генерала Паскевича вошел в Арзрум, Тютчев же представлял русскую дипломатию в Европе. Отход русских от Стамбула Пушкин связал с походом князя Олега на Царьград в IX в.

Стихотворение «Олегов щит» – предупреждение государю и потомкам. Но для нас более интересны отдельные строки стихотворного произведения:

Аллах! Пролей на нас Твой свет!

Краса и сила правоверных!

Гроза гяуров лицемерных!

Пророк твой – Магомет! …

О наша крепость и оплот!

Великий Бог! Веди нас ныне,

Как некогда Ты вёл в пустыне

Свой избранный народ!

Глухая полночь! Всё молчит!

Вдруг … из-за туч луна блеснула –

И над воротами Стамбула

Олегов озарила щит!

Обратите внимание

Мы видим, что через строки поэты призывали забыть о губительной мечте завоевать Константинополь. Повествуя о гибельных завоевательных амбициях османских воинов, Пушкин находит причину противостояния Турции и России именно в том, что люди отошли от заветов Пророка (мир ему и благословение Всевышнего):

Стамбул заснул пред бедой.

Стамбул отрёкся от Пророка;

В нём правду древнего Востока

Лукавый Запад омрачил –

Стамбул для сладостей порока,

Мольбе и сабле изменил.

Стамбул от поту битвы

И пьёт вино в часы молитвы.

Там веры чистый дух потух.

Там жёны по базару ходят,

На перекрёстки шлют старух,

А те мужи в харемы вводят

И спит подкупленный евнух.

Пришло наказание:

Аллах велик!

Раз уж мы имели смелость завести разговор об исламских мотивах в русской поэзии, то нельзя обойти стороной и «Подражания Корану» А. Ротчева (1828), «смелые» подражания Пушкину по форме.

Это произведение посвящено созданию Творцом «небес и человека»; ниспосланию Пророку Мухаммаду (мир ему и благословение Всевышнего) «созданья тайны» и «благого слова»; вере в судьбу и «Судный день», «Всесильности Творца» и «строптивости богача».

Хочется обратить внимание и на стихотворение «Мухаммад» за авторством Вельтмана, в котором он говорит о жизненном пути Пророка (мир ему и благословение Всевышнего), о грядущем рае:

Восток! Тебе на лоне Абраэма

Отверсты горние, сапфирные врата.

И вечный цвет любви под пальмами Эдема

Готовит сладкие объятья и уста!

Там, где упоминается имя Пушкина, нельзя не сказать и о Лермонтове, который очень рано постиг мир Ислама через пушкинского «Кавказского пленника».

С самого детства его сердце было покорено Кавказом, который и открыл ему манящий и загадочный для русской души Восток: «Начал учиться по-татарски, язык, который здесь необходим, как французский в Европе…

Я многому научился у азиатов, и мне бы хотелось проникнуть и таинства азиатского миросозерцания, зачатки которого для нас малопонятны. Но поверь мне, там, на Востоке, тайник новых откровений».

Слова Пророка Мухаммада (мир ему и благословение Всевышнего) о том, что после него будет три века движения и десять веков отступления, а затем нового движения (XXI в.), можно прочитать в его песне «Спор»:

Род людской там спит глубоко

Уж девятый век.

Важно

Одним из ранних произведений Лермонтова является восточная песня «Измаил-Бей». Примечательно время её создания – 1832 год, когда имамом Чечни и Дагестана стал Шамиль.

«Велик Аллах и Магомет» –

… Сама могила

Покорна им! В стране чужой

Мой брат храним был их рукой…

Красной нитью через всё творчество Михаила Лермонтова проходит мотив веротерпимости и недопустимости унижения другого человека из-за его религиозных воззрений. Ярким примером тому являются строки из «Я к вам пишу случайно…» (1840г.):

… Я жизнь постиг;

Судьбе, как турок иль татарин,

За всё я равно благодарен;

У Бога счастья не прошу

И молча зло переношу.

Быть может, небеса Востока

Меня с ученьем их пророка

Невольно сблизили …

У речки, следуя пророку,

Мирной татарин свой намаз

Творит не поднимая глаз …

Большая часть произведений Лермонтова посвящена войне, трагическим событиям. А там, где война, там неотступно следуют за человеком мысли о судьбе, о фатальном исходе, о смерти.

Достаточно вспомнить главу «Фаталист» из произведения «Герой нашего времени»: «Рассуждали о том, что мусульманское поверье, будто судьба человека написана на небесах, находит и между ними христианами, много поклонников».

В «Подражаниях Корану» пушкинские слова «молитву смиренно твори» относятся к Пророку Мухаммаду (мир ему и благословение Всевышнего). Позже из-под пера поэта выйдут слова и о «молитве» своей няни, Арины Родионовны. Лермонтова, быть может, «невольно сблизили» с Исламом «небеса Востока», а Пушкина – прапрадед «Ибрахим» (Ганнибал) или полный поэзии «небесный Коран».

В «Сияющем Коране» и первой части «Подражаний Корану» Пушкина мы можем прочитать клятвы Бога. Лермонтов создал «Демона. Восточную повесть», где с целью обольщения дочери Синодала Тамары Демон лишил жизни её жениха и расточал лицемерные клятвы:

Клянусь я первым днём творенья,

Клянусь его последним днём,

Клянусь позором преступленья

И вечной правды торжеством.

Здесь вера в Судный день,

Где правда восторжествует над позором преступленья…

Фёдор Достоевский говорил, что Пушкин смог проникнуть в дух Благородного Корана мусульман, став первым поэтом, назвавшим Ислам мировой религией, а не созданием Пророка Мухаммада (мир ему и благословение Всевышнего). Что интересно, Николай Гоголь и вовсе читал студентам лекции об идеальном правителе «Аль-Мамуне», цитировал «огненные слова Корана».

Мужайся ж, презирай обман,

Стезею правды бодро следуй,

Люби сирот и Мой Коран

Дрожащей твари проповедуй.

«Подражания Корану» А.С.Пушкин

Ильмира Гафиятуллина

Источник: https://islam-today.ru/obsestvo/kultura/islam-v-russkoj-literature-o-cem-pisali-puskin-gogol-lermontov/

Лермонтов и Гоголь: творчество великих писателей

Лермонтов, «подхвативший знамя русской поэзии», выпавшее из рук погибшего Пушкина, стал достойным продолжателем традиций великого поэта.

Его изумительные по красоте и изяществу слога стихи, проникнутые болью за судьбу отечества, можно бесконечно перечитывать и каждый раз открывать для себя что-то новое.

Гоголь — первый писатель, подробно описавший быт русского народа, глубину его патриотизма и национальную самобытность.

Пушкин, Лермонтов, Гоголь — писатели, принесшие мировую славу русской литературе, сегодня столь же любимы и читаемы, как и много лет назад. Говорят это всё, что нужно для жизни, сказал Пушкин. Но это высказывание можно в полней мере отнести к творчеству Лермонтова и Гоголя.

«Нет, я не Байрон, я другой…»

Трудно выбрать произведения величайших классиков для школьной программы, ибо каждое из них достойно изучения и анализа, нет ни одной повести или стихотворения, которые могли бы оставить нас равнодушными. Михаил Юрьевич Лермонтов, будучи человеком хорошо обеспеченным и получившим блестящее образование, не мог чувствовать себя счастливым, видя разгул самодержавия и угнетенное положение бедных сословий.

В юности поэт увлекался творчеством Байрона, и это нашло отражение в его ранних произведениях — та же мятежность, тот же страстный протест против несправедливости социального строя и удивительно тонкая чувственная лирика («у нас одна душа, одни и те же муки»).

Но юный гений живет в России, и все его творчество проникнуто национальной самобытностью, любовью к русскому человеку. Сравнивая себя с Байроном, поэт подмечает коренное отличие: «…как он, гонимый миром странник, но только с русскою душой». 

Совет

Его стихи, повести и поэмы прекрасны по форме и содержанию, и в то же время неизменно наполнены драматизмом. Пишет ли Лермонтов о любви, или о судьбах отечества — в каждой строчке чувствуется непреходящая печаль.

Трудно разделить этапы раннего и зрелого творчества поэта, учитывая, что жизненный путь его закончился в 27 лет.

Лермонтов совершенен в прозе и в стихах, «где каждая строчка написана с филигранным мастерством и легкостью».

Гоголевский период

Многие литературные критики считают, что творчество Николая Васильевича Гоголя до сих пор не получило должной оценки. Это единственный писатель, не искавший идеалов, а беспристрастно исследовавший жизнь простого человека.

Вся жизнь его прошла в странствиях и наблюдениях — отсюда замечательные персонажи, с удивительной тонкостью и легкой иронией описанные в «Мертвых душах». Патриот до глубины души и беспристрастный судья, бичующий пороки общества — таковы основные творческие черты великого писателя.

Гоголь с гениальной точностью описывал природные пейзажи — это и великолепный Днепр, и бескрайняя украинская степь, и мрачный холодный Петербург.

Но, конечно же, мы любим творчество Гоголя не только за прекрасный язык, острые обличения и ярких персонажей, но и за его искрометное чувство юмора.

Невозможно без улыбки читать про Собакевича, Ноздрева или Плюшкина — вот они, колоритные герои своего времени, лукавые и простодушные, расточительные и жадные, труженики и бездельники.

Вершиной патриотического творчества писателя является «Тарас Бульба», о котором невозможно сказать несколько общих фраз — чтобы понять величие произведения, его нужно прочитать от первой и до последней страницы.

Духовное наследие русских писателей

Читая произведения русских писателей как Лермонтов и Гоголь, мы обогащаемся нравственно, делаем свою жизнь интересной, насыщенной и осмысленной.

Невозможно гордиться своей Родиной, не зная ее прошлого и того, что составляет главную ценность ее духовного наследия. На портале InternetUrok.

ru представлены интересные  видеоуороки по школьной программе, которые помогут лучше понять произведения великих писателей и поэтов России, вызовут огромный интерес к их многогранному творчеству.

Источник: https://interneturok.ru/article/lermontov-i-gogol-tvorchestvo-velikih-pisateley

ПУШКИН, ГОГОЛЬ, ЛЕРМОНТОВ, ДОСТОЕВСКИЙ

Набросок предисловия к «Борису Годунову» Пушкина — гениальный программный документ на века. Насколько он выше и глубже знаменитых предисловий к драмам В. Гюго! Пушкин требовал «вольного и широкого изобра­жения характеров». Разве это требование устарело в наши дни? Могу перечитывать это без конца и все нахожу новые глубины!

Простота — самое дорогое в искусстве. Но у каждого художника свое собственное представление о простоте. Есть простота Пушкина — и есть простота примитива.

Не существует некой общедоступной и общепонятной прос­тоты, как не существует в искусстве «золотой сере­дины». Художник должен добиваться достижения своей собственной простоты, которая будет вовсе не похожа на простоту его товарища.

Обратите внимание

Высокая простота искусства — это то, к чему приходят, а вовсе не то, от чего отталкиваются. Это вершина, а не фундамент.

Мое кредо — простой и лаконичный театральный язык, ведущий к сложным ассоциациям. Так бы я хотел поста­вить «Бориса Годунова» и «Гамлета».

Руководящую идею в плане сценического решения «Горе уму» мне дало письмо Пушкина Бестужеву после прочтения им «Горе от ума». Его плохо помнят: отсюда удивление, которое вызвали данные мною сценические характеристики Софьи, Молчалина, Чацкого и др. Я осу­ществил то, что сто лет назад говорил Пушкин, а меня обвиняли в оригинальничаний!

Обращали ли вы внимание на то, как похоже кончаются два драматических шедевра Пушкина — «Борис Годунов» и «Пир во время чумы»? Молчанием: «Народ безмолвству­ет» и «Председатель остается погруженным в глубокую задумчивость».

Ясно, что это же не просто пауза, а музы­кальный знак для режиссерской ремарки. В эпоху Пушки­на еще не существовало искусства режиссера, но он его гениально предчувствовал.

Вот почему я прав, когда го­ворю, что драмы Пушкина — это театр будущего.

Когда я сидел в Новороссийске во врангелевской тюрьме, то у меня там был томик Пушкина в издании «Просвещения» с его драмами.

Я так привык к нему, что когда потом снова начинал работу над «Борисом» или «Каменным гостем» и «Русалкой», то мне почему-то обязательно хотелось иметь для работы именно это изда­ние, такое компактное и удобное. А может быть, оно просто для меня было окутано моими фантазиями.

Там, в тюрьме, я придумал сценарий пьесы о самозванце, идя по пушкинским следам. Я уже начал сочинять ее в голове, но в го­род ворвалась Красная Армия, и я очутился на свободе. Потом я предлагал разработанный мною сюжет Сергею Есенину и Марине Цветаевой, но поэты — люди гордые и любят выдумывать сами.

Важно

А вы заметили, что в известном составленном Пушкиным списке его драматических за­мыслов рядом стоят «Антоний и Клеопатра» и «Димитрий и Марина»? Вы думаете это случайно? Нет, по-моему, тут есть какая-то гениальная пушкинская ассоциация, с которой мы обязаны считаться…

Пушкин был учеником Шекспира, и это было достаточ­но революционно для театра, отягощенного наследством лжеклассицизма, но дух его «Бориса Годунова» еще рево­люционней, чем формальная структура пьесы.

Когда он по требованию цензуры заменил возглас народа «Да здравст­вует царь Димитрий Иванович!» знаменитой ремаркой «Народ безмолвствует», то он перехитрил цензуру, так как не уменьшил, а усилил тему народа.

Ведь от народа, кричащего здравицу то за одного, то за другого царя, до народа, молчанием выражающего свое мнение,— дистан­ция огромная.

Кроме того, Пушкин тут задал русскому театру будущего интереснейшую задачу необычайной трудности: как сыграть молчание, чтобы оно вышло громче крика? Я для себя нашел решение этой задачи, и я благо­дарю глупую цензуру за то, что она натолкнула Пушкина на эту изумительную находку.

Пушкин — самый удивительный драматург: у него ни­чего нельзя вычеркнуть. Когда, например, читаешь «Ка­менного гостя» — все понятно, а начнешь играть — кажется, что мало текста. Это потому, что Пушкин, когда писал, предчувствовал будущий, не «словесный» театр, а тот театр, где движение будет дополнять слово.

Пушкин не только замечательный драматург, но и дра­матург-режиссер и зачинатель новой драматической системы. Если собрать воедино все рассыпанные по его письмам и наброскам статей замечания о современном ему театре, то мы увидим удивительную последовательность взглядов. Я давно уже руководствуюсь ими в своей текущей работе и своих планах.

V Читайте всегда с утра хотя бы две-три странички Пушкина…

Главное, чему нам нужно учиться у Пушкина,— это той внутренней свободе, которая необходима в твор­честве и которой он обладал.

Совет

Самое страшное в ис­кусстве — это робкая чопорность, смешная надутость, подобострастие, стремление угадать чей-то вкус и угодить ему, боязнь унизить чье-то высокое знание, оскорбить каких-то спесивых людей.

Если ты не отделался от всего этого, то лучше к Пушкину и не подступаться.

Сценическая история «Бориса Годунова» — это исто­рия многих провалов.

Чем это объясняется? Если мы про­следим историю русского театра XIX века и начала XX ве­ка, то мы увидим, что провалы больших и замечатель­ных драматических произведений на сцене' обуслов­ливались главным образом тем, что эти пьесы были напи­саны, как мы теперь говорим, новаторски, то есть не с учетом сценической техники своего времени, а с желанием эту технику изменить, попытаться создать новую форму спектакля. Русский театр быстро догнал новатора Чехова, но до сих пор еще не может догнать самого необыкновен­ного новатора драмы — Пушкина. И сегодня наша теат­ральная техника стоит гораздо ниже того, чем желал ее видеть Пушкин. По-прежнему его пьесы кажутся нам загадочными: то чересчур стремительными по действию, то слишком сжатыми по тексту. Мы еще не научились их играть. Но если подойти к ним как к своего рода партиту­рам спектаклей, то мы откроем их секрет.

Гротеск это не что-то таинственное, это просто-напросто сценический стиль, играющий острыми противо­положностями и производящий постоянный сдвиг планов восприятия. Пример — «Нос» Гоголя. В искусстве не может быть запрещенных приемов: есть лишь неуместно и некстати примененные приемы.

Меня упрекали в том, что наш «Ревизор» не очень весел. Но ведь сам Гоголь пенял первому исполнителю роли Хлестакова — Николаю Дюру в том, что он чересчур старался рассмешить зрителей. Гоголь любил говорить, что веселое часто оборачивается печальным, если в него долго всматриваешься. В этом превращении смешного в пе­чальное — фокус сценического стиля Гоголя.

Гениальный «Театральный разъезд» Гоголя — это трагический разговор автора со зрительным залом. Я несколько раз хотел его поставить, но для этого требуется одно условие: самые маленькие роли должны играть луч­шие актеры. Я мог бы поставить это, но только силами >. всех театральных трупп Москвы и Ленинграда.

Моей переделке «Ревизора», о которой было так много . разговоров, предшествовали серьезнейшие и долгие раз­думья. Во-первых, я установил, что при жизни Гоголя «Ревизор» играли всего два с половиной часа. Как мы знаем, Гоголь исполнением своей пьесы не был удов­летворен, нашел, грубо говоря, что валяли дурака.

И в самом деле, когда думаешь, как такую лавину текста можно сыграть в два с половиной часа, понимаешь, что исполнение было поверхностным. Кроме того, читая пос­леднюю редакцию «Ревизора» (ту, что игралась при Гоголе), я все время чувствую, что в ней Гоголь и что — упрощение Гоголя по совету кого-то.

Я вижу, что Гоголь всех слушался, как слушается драматург, который страстно хочет, чтобы пьеса пошла скорее. У него, напри­мер, в одной сцене в первой редакции было три персонажа, а стало два. Взвешивая, я вижу, что с тремя гораздо инте­реснее: это явно уступка Гоголя.

Обратите внимание

Ведь театру всегда удоб­нее, чтобы было меньше персонажей, и Гоголь слушается. Я не сам сочинял свои добавления, а брал те тексты, ко­торые считал более сильными в первых редакциях, чем в последней.

Невозможно сейчас ставить ни Гоголя, ни Грибоедова, ни Лермонтова, не учитывая цензурного гне­та, сковывавшего их руки, или рутинности тогдашней режиссуры. Мы обязаны перед их памятью изучить все варианты и установить, руководствуясь ими же воспитан­ным нашим вкусом, самый лучший.

Но не так все это просто, как думают лжеакадемисты и охранители канони­ческих текстов. Им легче: напечатают в томе Гоголя или Лермонтова сразу три редакции: одну крупным шриф­том и две другие мелким в приложениях, а мы должны сделать одну, лучшую, которую можно было бы играть, не нанося автору потерь.

На протяжении каких-нибудь двух десятков лет в рус­ской литературе было создано три таких совершенно заме­чательных и непохожих друг на друга театра, как театры Пушкина, Гоголя и Лермонтова. Ни одна театральная культура не знает ничего подобного. Можно еще при­бавить четвертый театр — Грибоедова. И он совершен­но не похож на три остальных.

В этих трех или четырех гранях я вижу чертеж здания всего русского театра, ка­ким он должен быть на века. Это удивительное явление не имеет ничего общего, например, с шекспировской плеядой. Насыщенность шедевров Пушкина, Гоголя, Лермонтова и Грибоедова удивительна по своему содержа­нию и стилистической интенсивности.

То, что Островский выражал в двух десятках пьес, эти великие драматурги выражали в одной-двух.

Конечно, Достоевский был прирожденным драматур­гом. В его романах угадываются фрагменты ненаписан­ных трагедий.

Мы имеем право, несмотря на все ошибки его инсценировщиков, употреблять выражение «театр Достоевского» наряду с «театром Гоголя», «театром Пушкина», «театром Островского», «театром Лермонтова».

Важно

Я жалею, что мне не пришлось поработать над материалом Достоевского, потому что, мне кажется, я понимаю, что такое его «фантастический реализм».

Источник: https://cyberpedia.su/2x106c.html

Литературное наследство. Том 058. Пушкин. Лермонтов. Гоголь [PDF]

М.: Изд-во АН СССР, 1952. – 1059 с., ил. – (Лит. наследство).Пушкин.Пушкин в неизданной переписке современников (1815—1837) / Публ. К. Богаевской, Л. Добровольского, В. Ерофеева, Р. Заборовой, И. Зильберштейна, Л. Катанской, Е. Коншиной, Л. Ланского, Л. Назаровой, С. Недумова, В. Нечаевой, Ф. Приймы, С. Рейсера, Н. Розенблюма, Т.

Цявловской; Вступ. ст. Д. Благог.Нечкина М. Новое о Пушкине и декабриста.Бонди С. Подлинный текст и политическое содержание «Воображаемого разговора с Александром I.Дейч Г., Фридлендер Г. Пушкин и крестьянские волнения 1826 год.Оксман Ю. Неосуществленный замысел истории Украин.Пушкин в дневнике К. С. Сербиновича / Публ. В. Нечаево.

Пушкин в дневнике Франтишка Малевского / Публ. Т. Цявловско.Найдич Э. Пушкин и художник Г. Г. Гагарин: По новым архивным материала.Вновь найденный автограф Пушкина «В голубом небесном поле» / Публ. Т. Цявловско.Неизданные письма к Пушкину: Письма П. А. Вяземского, К. Ф. Калайдовича, А. А. Краевского, В. Ф. Одоевского / Публ. В. Ерофеева, Ю. Оксмана, Ф. Прийм.

Пушкин во французской прессе 1820-1840 гг..

[От редакции “Литературного наследства”].Прийма Ф. С. Д. Полторацкий как пропагандист творчества Пушкина во Франци.Нечаева В. П. А. Вяземский как пропагандист творчества Пушкина во Франци.Нечаева В. Полемика вокруг имени Пушкина во французской печати первой половины XIX век.

Вокруг Пушкина.

Трубецкой Б. Новые архивные материалы о Кирджал.Билинкис О. Об эпиграмме Пушкина «Жив, жив курилка!Архангельская В. Источники русских народных песен, переведенных Пушкиным на французский язы.Иванова Л., Коншина Е. О портрете Пушкина работы Тропинин.Цявловский М. Замечания М. П. Погодина на «Материалы для биографии Пушкина» П. В. Анненков.

Лермонтов.

Неизвестные эпиграммы Лермонтова / Публ. Э. Найдич.Неизвестное стихотворение Лермонтова и В. А. Соллогуба / Публ. Р. Заборово.

Отклики Лермонтова на политические и литературные события 1820-1830-х годов.

[От редакции “Литературного наследства”.Любович Н. «Веселый час.Любович Н. «10 июля (1830).Любович Н. «Из Паткуля.Найдич Э. «К***»: («О, полно извинять разврат».Герштейн Э. «Тамбовская казначейша.Бухштаб Б. «Благодарность.Андреев-Кривич С. Два распоряжения Николая.Иванова Л. Лермонтов и декабрист М. А. Назимо.Вырыпаев П. Лермонтов и крестьяне: (По материалам архивов Пензенской области.Лермонтов в записках А. И. Арнольди / Публ., введ. и примеч. Ю. Оксман.

Вокруг Лермонтова.

Ашукина М. Забытый друг Лермонтов.Найдич Э. Утраченные рукописи Лермонтова: (Письмо Н.А. Долгорукова к А.А. Краевскому.Михайлова А. Альбом Г. Н. Оленин.Баранов В. Отклик А. И. Полежаева на стихотворение Лермонтова «Смерть поэта.Михайлова А. Новонайденное письмо о дуэли и смерти Лермонтов.

Гоголь.

Машинский С. Гоголь и «Дело о вольнодумстве.Гоголь в неизданной переписке современников (1833—1853.Гоголь в неизданных воспоминаниях: Записи П. И. Мартоса, Ф. В. Чижова, В. С. Аксаковой и М. П. Погодина / Публ. Н. Арнольда, Л. Каплана, Г. Фридлендер.Неизданные письма к Гоголю: Письма К. С.

и С. Т. Аксаковых, А. А. Иванова, И. Т. Лисенкова, Ф. А. Моллера, М. П. Погодина и С. П. Шевырева / Публ. и коммент. Л. Ланского; Предисл. С. Машинског.Коростин А., Стернин Г. Герои Гоголя в русском изобразительном искусстве XIX век.Гозенпуд А. Гоголь в музык.

Сообщения.

Кузьмин С. Забытая рукопись Дидро: (Беседы Дидро с Екатериной II.Алексеев М. Автографы Байрона в ССС.Смирнов-Сокольский Н. Необыкновенные книг.Указатель иллюстраций / Сост. Н. Эфро.

Именной указатель / Сост. Ю. Масано.

Источник: https://www.twirpx.com/file/2150975/

Пушкин, Лермонтов, Гоголь

Русская литература первой половины XIX в. оказала очень большое влияние на развитие новых литератур народов России. Нередко русская литература помогала им усваивать новые, передовые общественные идеи, новые литературные направления и формы, содействовала работе над литературным языком.

Культурное творчество народов нашей страны развивалось во взаимном общении народов и при их взаимном воздействии друг на друга. Новые литературы Украины, Белоруссии, Грузии, Азербайджана, Армении, народов Прибалтики и других народов развивались в первой половине XIX в.

в идейном общении между собой и в общении с культурой русского народа.

Русский, украинский, белорусский, грузинский и другие народы России создавали свои национальные культуры в борьбе с общими для них всех врагами — царизмом и крепостничеством, несмотря на искусственно разжигавшуюся царским правительством национальную рознь.

Совет

Борьба с общими врагами вызывала общность идей и интересов у всех лучших, передовых людей братских народов России. Не случайно, а исторически закономерно были связаны узами дружбы Шевченко и Щепкин, Ахундов и Бестужев-Марлинский, Грибоедов и поэты Грузии.

На смерть Пушкина, убитого врагом всех народов России — царизмом, откликнулись, как два родных брата и единомышленника, и русский поэт Лермонтов и азербайджанский поэт Ахундов. Смерть Шевченко оплакивал в стихах Некрасов. Восторженно чествовали Пушкина во время его пребывания в Тифлисе грузинские писатели и общественные деятели. Родным стал в Грузии великий русский писатель Грибоедов.

В архиве Пушкина сохранилась запись грузинской песни (на грузинском языке) с дословным переводом. «Голос песен грузинских приятен»,— писал Пушкин в своём «Путешествии в Арзрум».

Стихи «Не пой, красавица, при мне ты песен Грузии печальной» написаны Пушкиным к музыке, к грузинскому мотиву песни, пропетому ему без слов Пушкин, Лермонтов и другие русские передовые писатели оказали немалое влияние на творчество писателей кавказских народов.

Благотворное воздействие Пушкина отразилось в творчестве Ильи Чавчавадзе, Акакия Церетели и ряда грузинских романтиков; они же явилиеь выдающимися переводчиками произведении Пушкина на грузинский язык. Пушкин оказал могущественное воздействие на казахского писателя Абая Кунанбаева.

В архиве Пушкина имеется также запись замечательного казахского эпоса «Песнь о Козы Корпеш и Баян-Слу», интересовавшего поэта. Пушкин пророчески писал:

Слух обо мне пройдёт по всей Руси великой, И назовёт меня всяк сущий в ней язык, И гордый внук славян, и финн, и ныне дикой Тунгус, и друг степей калмык.

Великий поэт украинского народа Шевченко мысленным взором обнимал все народы России—-«от молдаванина до финна», ясно сознавая общность задач их борьбы («Кавказ», 1845 г).

Обратите внимание

Культура, жизнь и борьба братских народов России оказали могучее влияние на русских писателей.

Исключительно большое место заняли кавказские мотивы в творчестве Пушкина и Лермонтова.

Гоголь, на которого украинское народное творчество оказало сильнейшее воздействие, нарисовал незабываемые картины природы и быта Украины.

Произведения Гоголя пробудили в русской науке и искусстве стремление к ознакомлению с культурой и историей украинского народа. Грибоедов в последние годы жизни работал над трагедией «Грузинская ночь».

Так в благотворном общении и взаимодействии развивалась литература народов России.

Пушкин, Лермонтов и Гоголь — настоящие столпы отечественной литературы. Очевидно, что они были известны не только на всю Российскую империю, но и мир, а их стилю подражали. Лично мне очень нравится Лермонтовская кавказская тематика

Пушкин и сам «черпал полной ложкой» из сокровищницы мировой литературы, и щедро делился своими наработками с другими авторами. Его всегда интересовали иные народы, их обычаи, нравы. Может быть, поэтому его сегодня уважают не только в России: например, известно, что памятник поэту стоит в Африке.

Украинский быт в произведениях Гоголя — всего лишь фон. Тем более, что отображал он его через призму народных верований и суеверий.

Некоторые произведения Гоголя уникальны тем, что являются смесью фантасмогории и мистицизма. Николай Васильевич в какой-то мере является родоначальником отечественного хоррора — жанра ужасов в литературе.

С этой точки зрения его «Вий» намного интереснее и значимее, чем «Ревизор».

Источник: http://rus-poetry.ru/pushkin-lermontov-gogol/

Ссылка на основную публикацию