Кавказская война и имам шамиль

Кавказская война 1817-1864 кратко: причины, итоги, ход

Не стоит думать, что Северный Кавказ самостоятельно решил просить у России подданство, и без всяких проблем вошел в ее состав. Причиной и следствием того, что сегодня Чечня, Дагестан и другие южные регионы принадлежат РФ, послужила Кавказская война 1817 года, которая продлилась около 50 лет и была закончена лишь в 1864 году.

Основные причины кавказской войны

Многие современные историки основной предпосылкой начала войны называют желание российского императора Александра I любыми средствами присоединить Кавказ к территории страны. Однако, если смотреть на ситуацию глубже, это намерение было вызвано опасениями за будущее южных рубежей Российской империи.

Ведь на Кавказ в течение многих веков с завистью смотрели такие сильные соперники, как Персия и Турция. Позволить им распространить свое влияние на Закавказье и прибрать его к рукам означало постоянную угрозу собственной стране. Именно поэтому военное противостояние было единственным способом разрешить проблему.

Если бы все кавказские народы добровольно хотели принять российское подданство, возможно, этой войны удалось бы избежать,либо она не оказалась такой затяжной. Однако далеко не все местные беки стремились принять подданство России, чтобы та защищала их от турецких и персидских войн.

Обратите внимание

Менталитет горских народов предполагал постоянные междоусобные набеги, которые позволяли бекам обогащаться за счет соседей. А российское подданство и централизованная власть лишали бы их этой возможности. Все это привело к сопротивлению целых кавказских областей царским войскам.

Таким образом, причины кавказской войны 1817—1864 годов кроются в следующих факторах:

  • склонность части кавказских народов к набегам и работорговле;
  • желание русского императора обезопасить южные рубежи страны;
  • возможность сделать Кавказ территорией России;
  • стремление купировать исламистские настроения определенной части горцев, готовых в силу религиозных взглядов вести с «неверными» войну.

Кроме этих причин, существовали и иные предпосылки для начала военных действий. Сюда можно отнести агрессивную подстрекательскую политику Персии и Турции, которые всячески пытались внести разлад и в жизнь горских народов, и в их отношения с русскими. Прекращение таких выпадов было необходимо для спокойствия на Кавказе.

Есть и другая точка зрения: довольно много исследователей и историков в качестве главной причины начала войны называют колониальную политику Империи. Россия являлась тогда одним из мировых гегемонов, участвовала во многих конфликтах. И ей постоянно нужны были человеческие, природные и другие ресурсы для поддержания статуса великой державы.

Ход военных действий: этапы и события

Если о кавказской войне 1817—1864 говорить кратко, то все началось с восстания в Кахетии в 1812 году, которая на тот момент уже была под властью России. Восстание было подавлено.

Горцы отрицательно отреагировали на действия генерала Алексея Ермолова, который в это же время начал возводить русские крепости — главной их задачей был контроль за деятельностью местного населения и предотвращения вооруженных выступлений.

Кавказцы, недовольные этой инициативой, отозвались усиленным протестным движением.

В ответ на выступления горцев Петербург принял решение перебросить в регион Черноморский казачий корпус. В результате такое действие только обострило протестные настроения до предела.

Дагестанские правители были вынуждены объединиться, чтобы начать открытые военные действия против русских.

Ситуация осложнилась обстановкой в Абхазии, где выступления повстанцев были жестко подавлены войсками генерала-майора Горчакова.

Следующий ключевой этап русско-кавказской войны — чеченское восстание, когда сторонники Бейбулата Теймазова попытались в 1824 году захватить одну из крепостей, но потерпели поражение.

Важно

После этого основные действия как повстанцев, так и императорских войск переместились из других областей на территорию Чечни и Дагестана. Начало формироваться определение газавата (религиозно-политического движения), предполагающего священную войну против неверных.

Приверженцы нового исламского течения — мюридизма, обязались вести войну до последней крови.

Все это привело к созданию имамата — независимого государства мусульман, первым главой которого стал Гази-Мухамед (более известный как Кази-Мулла). Он был убит в 1832 году, а его место занял имам Шамиль. Схема-таблица кавказской войны демонстрирует последовательность всех происходящих событий.

Во время правления Шамиля Россия практически полностью утратила контроль над дагестанской и чеченской областями Кавказа. Ей приходилось делить свои силы между войной с горцами и Крымской военной кампанией.

Именно Крыму в этот период Россия уделяла основное внимание, поэтому на Кавказе, по сути, военные действия велись достаточно вяло.

Со стороны могло показаться, что такая ситуация устраивает все стороны, а сам ход кавказской войны несколько застопорился.

Лишь после того как имам Шамиль попал в плен, ситуация начала меняться. Историки утверждают, что перелом произошел в 1859 году. Русской армией на тот момент руководил великий князь Михаил Николаевич. Без верховного имама весь имамат начал постепенно приходить в упадок, а сами горцы оказались деморализованы.

Царские войска успешно подавляли небольшие вспышки сопротивления, которые наблюдались в Закавказье. Те черкесы, которые не желали принимать российское подданство, получили право отойти к турецким территориям.

Совет

Кроме черкесов (адыгов) такая же возможность была дана несогласным с новыми порядками абзхазам и абазинам.

Официально кавказская война была завершена в 1864 году, когда 21 мая в русском лагере отслужили благодарственный молебен.

Роль имама Шамиля в деле сопротивления

Нельзя не отметить ведущую роль имама Шамиля, благодаря которому горцы так долго оказывали сопротивление царским войскам. Среди списка участников кавказской войны 1817—1864 годов он занимает особое место. Именно он сумел сплотить горские народы и направить их внутреннее ощущение свободы на ожесточенную борьбу против притязаний России.

Многие полагают, что имамат основал именно Шамиль. Однако он оказался только третьим по счету имамом, после Кази-Муллы и Гамзат-бека. Руководить сопротивлением Шамиль начал с 1834 года. Его организаторские способности во многом объяснялись тем, что он получил блестящее воспитание — сюда входили лекции по риторике, логике, грамматике.

Став учеником и духовным наследником Кази-Муллы, он смог сплотить вокруг себя не только дагестанских аварцев, но и другие народы Северного Кавказа. На целых 25 лет он стал руководителем сопротивления, которое было названо освободительной борьбой. То, как шла кавказская война 1817—1864, демонстрирует карта военных действий.

Имамат под верховенством Шамиля объединял практически весь Западный Дагестан и Чечню. К его заслугам можно отнести то, что он сумел собрать небольшие разрозненные селения и общины.

Прежде совершавшие набеги на соседей и жившие в условиях междоусобицы, теперь они оказались объединены общей идеей газавата.

Таким образом, он своими действиями сумел сплотить весь Северный Кавказ перед лицо общего врага.

При этом во всех своих начинаниях и взглядах имам исходил из канонов шариата. Он стремился подчинить жизнь всего Кавказа новому шариатскому укладу. Горцы начали называть период правления этого правителя «временем шариата».

Обратите внимание

Шамиль практически перекроил карту Северного Кавказа, создав административные округа. Им была выстроена судебно-правовая и военизированная структура власти. Имея в подчинении до 30 тысяч воинов, он организовал в своей армии полки, включающие по 1000 человек в каждой. У самого имама была личная охрана, куда входили даже поляки.

В целом, если два первых имама лишь создали имамат, то Шамиль смог не только удержать его, но и создать полноценное государство со своими органами власти, бюджетом, армией (имеющей даже свою артиллерию). Казна пополнялась деньгами из двух основных источников:

  1. Доходы от налогов, получаемых с подданных (харадж и закят);
  2. Средства, поступающие в результате набегов.

Он сумел добиться победы в нескольких сражениях с русской армией, но были и сражения где потерпел поражение. Одним из главных сражений, вошедших в историю Кавказской войны, была битва при Ахульго.

Ахульго в переводе с аварского языка означает «Набатная гора». На горе раполагались два аула — Старое и Новое Ахульго. Осада русскими войсками, во главе с генералом Граббе, продолжалась в течение долгих 80 дней (с 12 июня по 22 августа 1839 года).

Целью данной военной операции была блокада и взятие ставки имама. Штурмовали аул 5 раз, после третьего штурма были предложены условия капитуляции, однако Шамиль не согласился на них.

После пятого штурма аул пал, но люди не хотели сдаваться, сражались до последней капли крови.

Бой был страшный, женщины принимали в нем активное участие с оружием в руках, дети бросались камнями в штурмующих, у них не было мысли о пощаде, они предпочли смерть плену. Огромные потери были понесены двумя сторонами. Из аула удалось вырваться всего нескольким десяткам сподвижников во главе с имамом.

Шамиль был ранен, в этом бою он потерял одну из жен и их грудного сына, а старший сын был взят в заложники. Ахульго был полностью разрушен и по сегодняшний день аул не отстроен заново. После этого сражения горцы ненадолго стали сомневаться в победе имама Шамиля, так как аул считали непоколебимой крепостью, но несмотря на его падение, сопротивление продолжалось еще около 20 лет.

Со второй половины 1850-х годов Петербург усилил действия в стремлении сломить сопротивление, генералы Барятинский и Муравьев сумели взять Шамиля с его армией в кольцо.

Важно

Наконец, в сентябре 1859 года имам сдался в плен. В Петербурге он встретился с императором Александром II, а затем был поселен в Калуге.

В 1866 году Шамиль, будучи уже пожилым человеком, там же принял русское подданство и получил потомственное дворянство.

Результаты и итоги кампании 1817—1864 годов

Завоевание южных территорий Россией заняло около 50 лет. Это была одна из самых затяжных войн страны. История кавказской войны 1817—1864 годов была длительной, исследователи до сих пор изучают документы, собирают сведения и составляют хронику военных действий.

Несмотря на продолжительность, она окончилась для России победой. Кавказ принял русское подданство, а Турция и Персия отныне не имели возможности влиять на местных правителей и подстрекать их к смуте. Итоги кавказской войны 1817—1864 гг. хорошо известны. Это:

  • закрепление России на Кавказе;
  • усиление южных рубежей;
  • ликвидация горских набегов на славянские поселения;
  • возможность влиять на ближневосточную политику.

Еще одним важным результатом можно считать постепенное слияние кавказской и славянской культур. Несмотря на то, что каждая из них имеет свои особенности, на сегодняшний день кавказское духовное наследие прочно вошло в общую культурную среду России. И сегодня русские люди мирно живут бок о бок с коренным населением Кавказа.

Источник: https://tanci-kavkaza.ru/kavkazskaya-vojna-1817/

Кавказская война и имам шамиль – история России

ActionTeaser.ru — тизерная реклама

Вскоре после вступления на престол Николая I России пришлось столкнуться с военными осложнениями на Кавказе. Старые противники – Турция и Персия – в очередной раз попытались изменить существовавшую региональную стратегическую расстановку сил, сложившуюся в результате предыдущих Русско‑турецких и Русско‑персидских войн.

В июне 1826 г. персидские войска вероломно напали на русский военный лагерь около границы, уничтожив несколько сотен солдат и офицеров. В последующие месяцы развернулись масштабные военные действия, которыми руководили сначала генерал А. П. Ермолов, а затем генерал И. Ф.

 Паскевич. Иранские войска к концу 1827 г. были почти полностью разбиты. В феврале 1828 г. между Россией и Персией было заключен Туркманчайский мирный договор, по которому Эриванское и Нахичеванское ханства отходили к России.

Это было последнее военное противостояние России с Персией.

Значительно сложней развивались отношения с давним противником России – Османской империей. Еще в мае 1812 г.

в Бухаресте был заключен мирный договор, согласно которому к России отходила часть территории Молдовы (Бессарабия), а граница между двумя империями устанавливалась по реке Прут (раньше она проходила по Днестру).

Турция признавала права России в Западной Грузии и соглашалась на самоуправление подвластной ей Сербии, что стало началом независимости этого балканского славянского государства. В 1826 г. в дополнение к Бухарестскому договору 1812 г.

была заключена в городе Аккермане (ныне Белгород‑Днестровск) конвенция между Россией и Турцией, обязывавшая Турцию соблюдать права Молдовы, Валахии и Сербии и предоставлявшая России право свободы торговли на территории Турции и судоходства в ее прибрежных водах.

Совет

Через два года, в октябре 1828 г., турецкий султан объявил об отказе от Аккерманского договора. В это время в Греции, находившейся под властью Турции, уже несколько лет продолжалось народное восстание против османского ига. Симпатии России были целиком на стороне греков, что вызывало гнев в Стамбуле. Турецкий султан призвал «правоверных» к «священной войне» против России.

Военные действия продолжались несколько месяцев в районе западного побережья Черного моря и на Кавказе, в горной местности к югу от грузинских земель.

Русские войска заняли турецкие анклавы на Черном море – города Анапу и Поти, крепость Карс и город Эрзерум. В августе 1829 г. русский корпус под командованием генерала И. И. Дибича подошел к городу Адрианополю (Эдирне).

До столицы Турции оставалось чуть больше 100 км. В Стамбуле началась паника, и султанское правительство срочно запросило мира.

В начале сентября 1829 г. был заключен Адрианопольский мир, по которому к России отошел Ахалцихский район Грузии и все побережье Черного моря от реки Кубань до города Поти.

Важным результатом Русско‑турецкой войны 1828–1829 гг. стало освобождение Греции.

Согласно одной из статей Андрианопольского договора, Турция признавала самостоятельность Греции, которая, в свою очередь, обязывалась уплачивать ежегодную дань турецкому султану.

На время Николая I пришлась и еще одна Кавказская война, связанная не только с геополитическими интересами России, но и со сложным национальным вопросом. Она началась еще при Александре I и длилась с перерывали около тридцати лет.

В начале XIX в., после присоединения Грузии и победоносного окончания Русско‑турецких войн 1806–1812 и 1828–1829 гг. и Русско‑персидских (иранских) войн 1804–1813 и 1826–1828 гг. к России перешел весь обширный район Кавказа от Черного до Каспийского моря.

Обратите внимание

Здесь жили разные народы, часто длительное время враждовавшие между собой. После присоединения к России эти конфликты мало‑помалу начали затихать, а новая власть делала все, чтобы не допускать подобных межплеменных столкновений впредь.

Читайте также:  Отказ от нэпа, форсированная индустриализация, коллективизация сельского хозяйства. установление авторитарной политической системы в ссср

Однако действительный контроль русское правительство и верные ему вожди и правители местных племен осуществляли лишь на равнинах, где существовала система надежных коммуникаций, укрепленная сеть опорных пунктов и поселений.

Значительная же часть Кавказа – труднопроходимые горные массивы – находилась за пределами контроля.

В северо‑восточной части Кавказского хребта издавна обитали горские племена черкесов, чеченцев, лезгин, ингушей, кумыков, аварцев, не подчинявшиеся никаких чужим законам. Они отличались чрезвычайной воинственностью, не занимались обработкой земли, а традиционно занимались скотоводством и промышляли грабежом.

Их жестокие набеги постоянно испытывали на себе и жители равнинных территорий Северного Кавказа, и жители долин Закавказья. В XIX в.

почти все они исповедовали ислам, причем здесь распространение получило его наиболее воинственное течение – мюридизм, требовавший полного подчинения религиозному вождю‑имаму и провозглашавшее «священную войну» («газават») с немусульманами, с «неверными» («гяурами») до полной победы над ними.

Они не признавали власть «белого царя» и по мере укрепления позиций России все чаще и чаще атаковали русские воинские посты, грабили и жгли населенные центры, а людей или убивали, или превращали в рабов.

Их жестокие издевательства над «неверными» были ужасны. Естественно, иметь среди своих владений не просто независимый, но и откровенно враждебный анклав не могло себе позволить ни одно государство.

Не могла подобного терпеть и Россия.

С горцами пытались договориться, их вождям предлагались выгодные условия, сохранение всех их привилегий при условии признания власти царя и прекращения набегов на равнинные районы. Но все было тщетно.

Воинственный дух горцев, их подчинение только племенным вождям и религиозным авторитетам долго препятствовали примирению.

В интересах сохранения целостности и крепости Российской империи усмирение горных районов Кавказа становилось настоятельно необходимым.

Важно

Особенно упорные военные действия разгорелись в 30–40‑е гг. XIX в., когда горские племена Дагестана и Чечни объединил под своим руководством имам Шамиль (1797–1871). Он родился в горах Дагестана, в аварском ауле Гимры, в крестьянской семье. Воспитывался в среде мусульманского духовенства, получил хорошее исламское образование, прекрасно знал Коран и арабскую литературу.

Это был мужественный человек, для которого война с «гяурами» являлась служением Аллаху. Клинок его шашки украшала надпись, гласившая: «Тот не храбрец, кто в бранном деле думает о последствиях». В 1834 г.

, после смерти своего предшественника Гамзат‑бека, Шамиль стал имамом и на протяжении последующих 25 лет возглавлял войну против России и против других вождей и правителей, не желавших подчиняться власти имама.

Эта борьба являлась жестокой и кровопролитной. Русским воинским частям приходилось действовать в труднодоступной местности, удаляясь от своих баз на десятки и сотни километров. К тому же военные действия можно было вести лишь в летние месяцы; зимой же все заносило снегом и горные районы делались неприступными. Но не только природные и географические условия мешали быстрому окончанию войны.

Русским военным отрядам приходилось действовать среди населения, где существовали специфические нормы и законы, нарушить которые значило лишь умножать силы сопротивления. Русское командование и гражданские чиновники не сразу осознали необходимость осторожного обращения с горскими народами, но со временем научились не причинять ненужных обид.

В 1839 г., перед походом русской военной экспедиции, которую поддерживали отряды 45 горских князей, командующий генерал‑лейтенант П. Х. Граббе издал приказ, где говорилось, что многие горцы «желают, наконец, покоя под защитой нашего оружия. Отличим их от непокорных там, где они явятся. Женщинам же и детям непременно и везде – пощада! Не будьте страшны для безоружных».

Верные Шамилю горцы действовали смело, нападали неожиданно и затем так же внезапно исчезали. Но русская армия медленно, но неуклонно, шаг за шагом, продвигалась в горные районы. Неоднократно Шамилю предлагали заключить почетный для него мир. Но тот с презрением отвергал такие предложения.

Несколько раз Шамиль терпел поражения, и казалось, что его участь решена и война скоро закончится. Однако в последний момент ему удавалось ускользать, а через некоторое время в горных селениях Дагестана и Чечни он снова собирал под знаменем «священной войны» новые тысячи мусульман, готовых стать «мучениками за веру», т. е.

умереть в бою и сразу же попасть в рай.

К концу 40‑х гг. XIX в. власть Шамиля распространялась на большие территории. Около 400 тыс. человек, живших в горной Чечне и Горном Дагестане, признавали его своим земным владыкой, имевшим полное право казнить и миловать по своему усмотрению.

Совет

В этом своеобразном государстве – имамате – царили жесточайшие порядки. За любой проступок неизбежно наказывали, и чаще всего – смертью.

Сам имам пытался изменить устоявшиеся нравы и заставить своих подчиненных жить по законам пророка Мухаммеда (Магомета), изложенным в священной книге мусульман – Коране.

Казней было много, но желаемых результатов имам так и не добился. Позднее Шамиль признавался: «Правду сказать, я употреблял против горцев жестокие меры: много людей убито по моему приказанию… Бил я и шатойцев, и андийцев, и тадбутинцев, и ичкерийцев; но я бил их не за преданность русским – они ее никогда не выказывали, а за их скверную натуру, склонность к грабительству и разбоям».

Мятежный имамат, эта, как писал один современник, «болезненная заноза в теле Российской империи», вызывал повышенный интерес и сочувствие у врагов России.

Особенно большое внимание к Шамилю проявляла Турция, правящие круги которой так не примирились с фактом потери своего влияния на Кавказе. В Стамбуле грезили о реванше и старались использовать Шамиля и его отряды в своих целях.

К Шамилю нелегально пробирались посланцы султана, привозили деньги, оружие. Сам «великий султан» Абдул‑Меджид пересылал имаму льстивые послания и даже назначил его своим наместником в Грузии.

Когда в 1853 г. началась Крымская война, то турки решили начать поход на Кавказ, соединиться с войсками Шамиля и изгнать русских с Кавказа. Но этот план провалился. Турецкая армия потерпела сокрушительное поражение, а войско Шамиля, спустившись с гор в долины Грузии, занялось грабежом, забыв о союзнических обязательствах.

Шамиль сообщал командиру турецкой армии Омер‑паше: «Я выходил к вам навстречу с сильным войском, но невозможно было наше соединение по причине сражения, бывшего между нами и грузинским князем.

Обратите внимание

Мы отбили у них стада, имение, жен и детей, покорили их крепости, с большой добычей и торжеством возвратились домой, так радуйтесь и вы!»

Но в Стамбуле радости не испытывали. Стратегический замысел не удался. Шамиль готов был принимать подарки, деньги, выражение симпатий, но не желал превращаться в марионетку султана и стоявших за ним англичан.

С другой стороны, выяснилось, что «священное воинство» не способно вести регулярные военные действия. Свидетель событий английский инструктор Ч. Дункан сообщал своему правительству в Лондон, что бойцы Шамиля покидают свои аулы и устремляются на равнину «только ради грабежа».

После этого «ни один предводитель не может, не хочет и не рискнет остановить их поспешное отступление».

Правительство России внимательно следило за положением дел на Кавказе, но предпринять решительные действия против Шамиля в тот период не имело возможности. Лишь после окончания Крымской войны было решено покончить с враждебным имамом. Наместник на Кавказе князь А. И. Барятинский понимал, что с горцами надо бороться не только силой оружия.

Куда успешней ему представлялись другие средства: устройство поселений, прокладка дорог. Но главным «неотразимым оружием» князя стали деньги. Он проводил дружественную политику по отношению к мирным горцам, задабривая деньгами и дарами их вождей, которые один за другим приносили клятву на верность России.

Шамиля начинали покидать многие соратники.

В 1859 году кольцо русской армии вокруг резиденции Шамиля в ауле Ведено замкнулось.

Верных людей у Шамиля становилось все меньше и меньше. Несколько месяцев он перебирался от одного горного аула к другому, произносил грозные речи, грозил именем Аллаха, призывая «правоверных» начать очередную войну с «гяурами».

Важно

Его слушали, но воевать уже мало кому хотелось. К этому времени горцы уже поняли, что власть царя не несет им ничего плохого. Свой уклад жизни, традиции и обычаи они сохраняли, и русские ничего им не собирались навязывать.

Подобные представления смертельно подрывали дело имама.

В начале августа 1859 г. с отрядом в несколько десятков человек – остатками своего «священного воинства» – Шамиль отправился в высокогорный аул Гуниб, расположенный среди неприступных скал Дагестана.

За день до прибытия туда ночью горцы соседних селений напали на обоз Шамиля и полностью его разграбили. Это оказалось для имама тяжелым ударом.

В Гуниб Шамиль прибыл, имея только то оружие, которое оставалось у него в руках, и одну лошадь, на которой сидел.

18 августа 1859 г. Шамиль получил предложение А. И. Барятинского сдаться на почетных условиях: имам и его близкие не будут арестованы, им разрешат выехать за пределы России. Шамиль не ответил. Он не верил, что русские способны на подобное великодушие.

Русская армия начала штурм. Положение имама становилось безвыходным. Даже его сыновья заявили, что если он не сдастся, то они перейдет на сторону русских.

В конце концов 25 августа Шамиль капитулировал и был поражен, что когда он спускался из своего укрепления, то русские солдаты кричали «Ура!».

Его встретил сам наместник, ему оказывали почести как главе побежденного государства. Ничего подобного Шамиль не ожидал. Для него была приготовлена специальная карета, ему позволили сохранить при себе оружие, и в сопровождении караула, напоминавшего почетный эскорт, непокорный имам выехал на север, в Россию, где должен был провести остаток своей жизни.

Совет

Он думал, что его отправят в кандалах в Сибирь, но все происходило совсем иначе. Имам был просто потрясен проявленным к нему великодушием. Под Харьковом его принял император Александр II, который сказал почетному пленнику: «Я очень рад, что ты наконец в России, жалею, что этого не случилось ранее. Ты раскаиваться не будешь.

Я тебя устрою, и мы будем друзьями».

Источник: https://valdvor.ru/bez-rubriki/kavkazskaya-vojna-i-imam-shamil-istoriya-rossii.html

Имам Шамиль

Лидер горцев Дагестана и Чечни в борьбе за независимость против Российской империи (Кавказская война), третий имам Имамата Нагорного Дагестана и Чечни. В 1859 году был осажден в Гунибе и 7 сентября (по новому стилю) сдался в плен.

Детство и юность Шамиля

Родился в аварском селении Гимры (Генуб) Койсубулинского общества примерно в 1797 году (по другим сведениям примерно в 1799 году). Отец – аварский уздень (представитель благородного сословия) Денгау Мохаммед, мать – из боковой ветви казикумухского правящего рода.

При рождении получил имя Али. Чтобы избежать несчастливой судьбы, дед дал болезненному ребенку другое имя – Самуил, которое на Кавказе звучит как “Шамиль”. И Шамиль вырос крепким и здоровым юношей.

Позднее сам Шамиль говорил, что в этом следовал пророку Мохаммеду, который дважды менял свое имя.

С детских лет Шамиль дружил с первым имамом Гази-Мохаммедом ибн Исмаилом аль-Джимрави аль-Дагестани (часто встречается русское написание его имени – Кази-мулла, Гази Мухаммед, Гази Магомед), эта дружба сохранилась до самой смерти Гази Мухаммеда. Шамиль учился у Саида аль-Харакани, потом у шейха аль-Саида Джамала аль-Дина, который ввел его в накшбандийское братство, а шейх Мохаммед аль-Яраги посвятил его в халифы.

В 1828 или 1829 году Гази Мухаммед был избран первым имамом и объявил газзават (священную войну) против России. Шамиль присоединился к нему и принимал участие в боях с русскими войсками.

В 1832 году Гази Мухаммед и Шамиль были осаждены русскими войсками под началом барона Розена в родном ауле Гимры. Гази Мухаммед погиб, а Шамиль, хотя и сильно израненный, сумел пробиться и спастись.

Обратите внимание

Вторым имамом после Гази Мухаммеда стал Гамзат-бека ибн Али Искандер-бека аль-Гуцали (Гамзат-бек).

Шамиль оставался активным помощником, собирая войска, добывая материальные средства и командуя экспедициями против русских и врагов имама.

Шамиль во главе Имамата Чечни и Дагестана

В 1834 году, после гибели Гамзат-бека, Шамиль стал имамом. Шамиль обладал военным талантом, большими организаторскими способностями, выдержкой, настойчивостью, умением выбирать время для удара и помощников для исполнения своих предначертаний. Отличаясь твердой и непреклонной волей, он умел воодушевлять горцев, умел возбуждать их к самопожертвованию и к повиновению его власти.

В 1834 году русский генерал Клюге фон Клюгенау захватил резиденцию Шамиля – аул Гоцатль. Шамиль отступил в Северный Дагестан, где укрепив свою власть среди горцев, возобновил борьбу.

В 1837 году, потерпев очередное поражение, Шамиль заключил перемирие и выдал заложников, но через год снова поднял восстание и добился больших успехов, несмотря на превосходство сил противника. В это время начались народные волнения в Южном Дагестане и Азербайджане, что сыграло на руку Шамилю.

За несколько лет Шамиль подчинил себе значительную часть Северо-Восточного Кавказа. Используя тактику партизанской войны, он тревожил гарнизоны русских крепостей левого фланга и центра Кавказской линии. К 1835 году он усилился настолько, что осадил в Хунзахе правителя Аварии Аслан-хана Казикумухского.

Экспедиция, посланная против Шамиля в 1839 году под руководством генерала П.Х. Граббе, осадила его в крепости на горе Ахульго.

В ходе ожесточенного штурма 21 августа 1839 года с младенцем на руках погибла жена Шамиля Джавгарат. Убит был его дядя Бартыхан, а сестра имама Патимат бросилась в пропасть.

Имам Шамиль с небольшим отрядом мюридов пробился сквозь ряды осаждающих и скрылся в горах Аварии.

Важно

В 1840 году Шамиль возобновил военные действия в Чечне, где к тому времени вспыхнуло восстание, вызванное стремлением русских разоружить чеченцев. К концу года Шамиль контролировал всю Чечню.

Читайте также:  Русская культура xvii века

Весной 1842 года генерал Головин отправился из Ичкерии в поход против резиденции Шамиля, находившейся в даргинском селении Дарго, но был разбит горцами и с большими потерями отступил.

Головина на посту командующего Отдельным Кавказским корпусом сменил генерал-адъютант А.И. Нейдгарт.

Апогей власти третьего имама приходится на 1843-1847 годы.

Ведя освободительную борьбу под зеленым знаменем Пророка за построение государства, основанного на предписаниях Всевышнего, Шамилю удалось объединить почти всех горцев Дагестана и Чечни.

Реформы имама Шамиля

Делом всей жизни Шамиля стало создание имамата – теократического государства, базирующегося на принципах шариата.

В 1842 году из приближенных Шамиля был создан совет (диван) для решения политических, административных, религиозных и судебных обязанностей. В субботу и воскресенье Шамиль лично принимал жалобщиков.

В 1842-1847 годах был принят свод правовых положений Шамиля под общим названием “Низам” (Порядок).
Сборник состоял из постановлений и правил, соответствующих требованиям шариата и дополнявших его положения с учетом тех или иных конкретных обстоятельств.

В низамах рассматривались вопросы женитьбы и наследства, торговли и мены, денежные штрафы за драки и поножовщину, положения об общественной казне и содержании административных лиц и т.п. Введен запрет на народные увеселения.

Запрещен был обычай кровной мести (канлы) и умыкания невест и даже выкуп за неё.

Правовая реформа (низам) Шамиля, как и другие мероприятия, проводившиеся в имамате в условиях бесконечных войн, не могла быть последовательной и окончательной. Положения мусульманского права сочетаются в ней с некоторыми нормами традиционных законов горцев – адата. В наибствах по законам низама судили с учетом местного обычного права.

Важным последствием 25-летнего правления Шамиля стало также распространение в Чечне и Дагестане суфийских тарикатов, которые до сих пор оказывают большое влияние на повседневную жизнь этих народов.

Шамиль оставил в неприкосновенности основу горского общества – традиционную общину. Именно сельская община (джамаат) стала социальной опорой государства Шамиля.

Совет

Под руководством Шамиля в имамате сложился эффективный административный аппарат, состоящий из наибов и мюридов. В обязанности наибов входило управление наибством, сбор налогов, набор рекрутов, наблюдение за исполнением законов шариата.

При наибах находились муфтии, которые руководили деятельностью судей (кадиев), толковали мусульманские законы и решали спорные дела. Первоначально каждый наиб имел право назначать и смещать муфтиев и кадиев, а также судить и казнить жителей наибства. Приговор о смертной казни обязательно утверждал сам имам.

Наибские мюриды, в отличие от мюридов тарикатских, были помощниками наибов (своего рода “наибской гвардией”). За свою службу мюрид получал все необходимое для жизни и войны.

Реформы Шамиля, направленные на смену власти ханов и беков на имамо-наибскую, встречали решительный отпор, потому что шли вразрез с традиционным укладом жизни горцев.

Стремление Шамиля заменить суд по адату шариатским судом потерпело полный крах.

После пленения третьего имама “все население Дагестана немедленно восстановило у себя разбор дел по адату, и от шамилевского шариата осталось только одно воспоминание…” (генерал А.В. Комаров).

Новый порядок насаждался жесткими, а зачастую и просто жестокими методами. Так, в 1844 году по причине убийства своего ставленника, Шамиль поголовно уничтожил всех жителей восставшего аула Цонтери.

Во внешней политике Шамиль ориентировался на турецкого султана и с недоверием относился к западным странам, предпочитая не иметь дела с гяурами-неверными.

По своей инициативе имам не устанавливал связей с христианскими политиками.

В дипломатической переписке Шамиль признавал первенство духовной власти за османским султаном, который также носил титул халифа и претендовал на преемственность с правителями Арабского халифата.

Обратите внимание

Благодаря реформам Шамилю удавалось почти четверть века сопротивляться военной машине Российской империи.

После пленения Шамиля начатые им преобразования продолжали проводить в жизнь его наибы, перешедшие на русскую службу.

Уничтожение горской знати и унификация судебно-административного управления Нагорного Дагестана и Чечни, осуществленные Шамилем, помогли утверждению российского владычества на Северо-Восточном Кавказе.

Крымская война и падение Имамата

В 1840-х годах Шамиль одержал ряд крупных побед над русскими войсками.

К середине 1850-х годов Шамиль стал суверенным правителем. Ему принадлежала верховная светская и религиозная власть.

Он официально принял титул халифа (амир ал-муминин, в переводе с арабского – предводитель правоверных), что должно было придать его власти легитимность в глазах мусульман Кавказа и Ближнего Востока.

Тем самым Шамиль прямо связывал себя с преемниками Мухаммеда, четырьмя “праведными халифами”, при которых в мусульманском мире VII веке и появился этот титул.

Однако в 1850-х годах движение Шамиля пошло на спад.

Накануне Крымской войны 1853–1856 годов Шамиль в расчете на помощь Великобритании и Турции активизировал свои действия, но потерпел неудачу. Наладить взаимодействие с турецкими войсками, оперировавшими на Кавказе, не удалось, а действия Англии и Франции ограничивались поставками вооружения и военных материалов.

Заключение Парижского мирного договора 1856 года позволило России сосредоточить против Шамиля значительные силы: Кавказский корпус был преобразован в армию (до 200 тысяч человек). Новые главнокомандующие – генерал Николай Муравьев (1854–1856) и генерал Александр Барятинский (1856-1860) продолжали сжимать кольцо блокады вокруг Имамата.

В 1858 году против Шамиля восстали чеченцы, уставшие от войны и недовольные жесткой авторитарной политикой Шамиля.

Важно

В апреле 1859 года пала резиденция Шамиля – аул Ведено. К середине июня были подавлены последние очаги сопротивления на территории Чечни. Шамиль бежал в дагестанский аул Гуниб.

25 августа 1859 года Шамиль вместе с 400 сподвижниками был осажден в Гунибе и 26 августа (по новому стилю – 7 сентября) сдался в плен на почетных для него условиях.

Последние годы Шамиля

10 октября 1859 года Шамиль прибыл в ссылку в Калугу, с ним приехали 22 человека из числа близких родственников и преданных нукеров и слуг.

Прибывшие сначала разместились в лучшей калужской гостинице француза Кулона, позже проживали в доме местного помещика Сухотина, который сдавал 13 комнат и сад во дворе внаем за 900 рублей в год. На ежегодное содержание Шамиля Александр II выделил из царской казны 30 тысяч рублей.

26 августа 1866 года Шамиль вместе со своими сыновьями Кази-Магомедом и Шафи-Магомедом в зале калужского Дворянского собрания принял присягу на верность российскому царю.

В 1866 году Шамилю было разрешено переехать жить в Киев.

В 1870 году император Александр II позволил Шамилю выехать в Мекку для паломничества. После совершения хаджа Шамиль посетил Медину, где и скончался 4 февраля (16 февраля по новому стилю) 1871 года . Похоронен в Медине (Саудовская Аравия) на кладбище Аль-Бакия.

Семья

Первая жена, Патимат, родившая Шамилю трех сыновей и двух дочерей, и вторая жена, Ждаварат, родившая ему сына, умерли во время войны. Также Шамиль был женат на армянке Анне Ивановне Улухановой, которую после принятия ею магометанства стали звать Шуаннат, она была любимой женой имама. Его последнюю жену звали Заидад.

Один из трех сыновей имама, Гази Магомед, стал турецким генералом и во время Русско-турецкой войны 1877-78 годов командовал кавказским добровольческим отрядом. Внук Шамиля от его младшего сына Камила по имени Саид-Шамиль воевал с русскими в Дагестане в 1920-х годах. Третий сын Магомед-Шафи стал русским генералом.

Образ Шамиля в литературе, публицистике и пропаганде

Французский беллетрист Александр Дюма-отец, путешествовавший по Кавказу в 1858 году, на страницах издаваемого им журнала “Монте-Кристо” сравнивал Шамиля с прикованным к горе Кавказа Прометеем, который “борется против русских царей”.

Во французской и английской публицистике XIX века ему придали образ “благородного дикаря”, не пожелавшего променять свободу родных гор на золотые оковы самодержавной России.

Примерно такой же оценки Шамиля придерживались в своих корреспонденциях Маркс и Энгельс, публиковавшие во время Крымской войны (1856-1857) в американской газете New York Herald Tribune свои отчёты о Кавказе и восточном вопросе.

Совет

Имя героя национально-освободительной борьбы использовали в своих политических играх любые противоборствующие стороны.

Во время Великой Отечественной войны на деньги, добровольно собранные жителями Дагестанской АССР, была сформирована советская танковая колонна “Шамиль”.

В директиве вермахта от 11 июля 1942 года говорилось, что целью парашютно-десантной операции в районе Майкопа под кодовым названием “Шамиль” (Schamil) является захват нефтяных промыслов на Северном Кавказе.

Источники:

  1. М. Гаммер. Шамиль. Мусульманское сопротивление царизму. Завоевание Чечни и Дагестана. М. “Крон-Пресс”. 1998
  2. Имам Шамиль. Биографическая справка. – РИА Новости, 7.09.2009 г.
  3. Комаров А.В. Адаты и судопроизводство по ним. Сборник сведений о кавказских горцах. Тифлис. 1868. Вып. I
  4. Казиев Шапи Магомедович. Имам Шамиль. Молодая гвардия, 2003

Источник: https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/171025/

«Теперь Кавказ в Калуге»: как жил имам Шамиль в русском плену

В город-ссылку Шамиль прибыл 10 октября 1859 года. Некоторое время он проживал в гостинице Кулона. В доме Сухотина, который был назначен местом пребывания почетного пленника, никак не заканчивалась внутренняя отделка.

Гостиницы, дома, передвижения. За какие это деньги? Все оплачивалось из российской государственной казны. Шамилю была назначена колоссальная пенсия в размере десяти тысяч рублей серебром в год.

Отставной генерал русской армии получал всего 1430 рублей серебром в год. Один пленный Шамиль обходился российской казне дороже, чем шесть заслуженных генералов-пенсионеров. Поистине царская щедрость.

[…]

Теперь у предводителя горцев было много свободного времени, и он с удовольствием погрузился в чтение. Специально для него переводили популярное в те годы сочинение журналиста Евгения Вердеревского «Плен у Шамиля…», посвященное судьбе грузинских княгинь Анны Чавчавадзе и Варвары Орбелиани.

Это их горцы похитили из прекрасного Цинандали, а затем обменяли на старшего сына имама Джамалуддина. Шамиль назвал книгу правдивой и, задумавшись, добавил: «Теперь только я вижу, как дурно содержал княгинь, но я думал, что содержал их очень хорошо».

Спустя несколько дней он вновь вернулся к этой теме: «Я не так содержал русских пленных: до какой степени я это чувствую, сказать не могу». Напрасно Шамиль так терзался. Условия его ссылки не идут ни в какое сравнение с тем, что приходилось пережить рядовым горцам-пленникам.

Их годами держали в крепостях и укреплениях Кавказской линии, ожидая случая обменять на пленных солдат и офицеров. Или же отправляли в Новочеркасск для поселения на Дону, а могли отправить еще дальше. И эти путешествия были отнюдь не столь занимательны, как вояж Шамиля.

Обратите внимание

И все же тоска, тяжелые мысли иногда одолевали ссыльного имама. Руновский очень обеспокоился меланхолией пленника. Вывести Шамиля из мрачного настроения удалось с помощью музыки. Имам оказался меломаном, что очень удивило его пристава. Руновский знал о запрете музицирования в имамате. Шамиль объяснил это противоречие так:

«Музыка так приятна для человека, что и самый усердный мусульманин, который легко и охотно исполняет все веления пророка, может не устоять против музыки; поэтому я и запретил ее, опасаясь, чтобы мои воины не променяли музыки, которую они слушали в горах и лесах во время сражений, на ту, которая раздается дома, подле женщин».

Развеяв тоску музыкой, Шамиль начал совершать визиты. Он посетил дома видных калужских горожан, а также некоторые казенные учреждения. Побывал он и в армейских казармах. Имам удивился их чистоте и благоустройству.

Тут же вспомнил, что и у него служили русские солдаты из числа пленных и дезертиров. «Я не в состоянии был предложить им этих удобств, потому и летом, и зимою они жили у меня под открытым небом», — печально заметил имам.

[…]

Подолгу беседуя с пришедшимся ему по душе «Афилоном» Руновским, Шамиль в красках рассказывал о сражениях, в которых ему приходилось бывать, об устройстве возглавляемого им когда-то государства, о горцах, беззаветно преданных своему имаму.

Пристав удивлялся прозорливости Шамиля-политика, изворотливости Шамиля-полководца, вдохновленности Шамиля-пророка. Однажды Руновский спросил, найдется ли еще на Кавказе человек, способный вновь превратить его в неприступную крепость.

Шамиль долго смотрел на своего пристава, а потом ответил: «Нет, теперь Кавказ в Калуге…»

Семья

4 января 1860 года у Шамиля сильно чесалась левая бровь. С довольным видом и веселостью в голосе он рассказал об этом приставу Руновскому. Имам был уверен: это хорошая примета, верный знак скорого приезда дорогих, давно ожидаемых людей. Примета оправдалась: на следующий день в Калугу приехала семья Шамиля.

Шесть экипажей, потрепанных российскими дорогами и погодой, тяжело вкатились во двор дома. Шамиль не мог выйти встречать семейство — не полагалось по горскому этикету. Поэтому он напряженно вглядывался в лица уставших путников из окна своего кабинета.

В Калугу приехали две жены Шамиля — Зайдат и Шуанат. Вообще Шамиль любил женщин, за всю жизнь у него было восемь жен. Имам мог себе позволить жениться и по расчету, и по любви. Некоторые жены становились лишь небольшими эпизодами в насыщенной жизни горского вождя, другие много значили для него на протяжении всей жизни. […]

Важно

Жены Шамиля и в Калуге продолжили борьбу за первенство. У каждой были козыри. Зайдат пользовалась авторитетом в семье, а Шуанат, владевшая русским языком, лучше адаптировалась к жизни в почетном плену.

[Жена воинского начальника Калужской губернии генерала Михаила Чичагова Мария] так описала калужскую повседневность имамских жен: «Зайдата вовсе не говорила по-русски и очень мало понимала. Шуанат говорила свободно на нашем языке и служила Зайдате переводчицей.

Я их расспрашивала об их жизни в Калуге, и они жаловались мне на то, что не переносят климата, и что многие из них (членов семьи Шамиля. — А.У.

) сделались жертвой его, и что даже теперь есть еще больные; они сознавались, что скучают, сидя целый день в комнате; только по вечерам они гуляли на дворе в саду, обнесенном сплошным, высоким забором. Иногда, когда смеркалось, катались по городу в коляске. Зимой же не выезжали потому, что не выносили холода».

Зайдат и Шуанат почувствовали перемену своего статуса: из жен всесильного правителя имамата они превратились в спутниц хоть и уважаемого, но все же пленника. Руновский заметил, что, увидев во время одного из визитов бриллианты на знатных калужских дамах, жены Шамиля горько плакали по своим драгоценностям, навсегда утерянным еще во время отступления имама к Гунибу.

Приехали к Шамилю и сыновья. После смерти первенца, Джамалуддина, у Шамиля осталось два сына, оба от брака с Патимат — Гази-Мухаммед и Мухаммед-Шефи (уже в Калуге Зайдат родила имаму еще одного сына — Мухаммеда-Камиля). Жизнь развела их по разные стороны.

[…] Гази-Мухаммед не только сын, но и политический преемник отца, пользовавшийся огромной популярностью среди горцев и рассчитывавший занять пост имама. Сильный, храбрый, щедрый, приветливый, он с трудом переживал калужский плен, лишивший его славного будущего.

Из Москвы в Петербург они ехали на поезде, который привел их в восторг: «Подлинно, русские делают то, чего правоверным и на мысль не может прийти… Чтобы сделать то, что они делают, надо иметь слишком большие средства, а главное, слишком большие знания, которые, не знаю почему, отвергаются учением нашей религии», — говорил впечатленный Шамиль. Целью путешествия было свидание с императором Александром II.

Царь тепло принял Шамиля, расспросил о жизни в Калуге, о здоровье родных. Имам учтиво отвечал на вопросы монарха и всякий раз подчеркивал свою благодарность за проявленные императором щедрость и внимание. У Шамиля была одна просьба, с которой он приехал на аудиенцию.

Он просил разрешения совершить хадж — отправиться в Мекку и Медину по святым для каждого мусульманина местам. Немного подумав, император ответил, что обязательно исполнит просьбу Шамиля, но не теперь. Почему царь отказал? Шел 1861 год, война на Кавказе еще продолжалась, черкесы отчаянно сопротивлялись.

«Командировка» Шамиля была слишком рискованной. Простой слух о чудесном освобождении вождя горцев из русского плена мог вновь всколыхнуть весь Кавказ. […] 26 августа 1866 года в зале Калужского дворянского собрания Шамиль с сыновьями присягнул на верность российскому императору.

Совет

Скорее всего, имам решился на этот шаг для исполнения своей мечты — паломничества по святым местам. Он хотел как-то доказать, что более не опасен Российской империи. […]

Шамиль все же совершил хадж. Имам получил разрешение на паломничество весной 1869 года. Тогда он вместе с семьей жил в Киеве, куда ему разрешили переехать, подальше от губительного для горцев калужского климата.

В Мекке Шамиль обошел Каабу — главную мусульманскую святыню, расположенную во дворе мечети Масджид аль-Харам (Заповедной мечети). Аравийское путешествие лишило его последних сил. Легендарный имам быстро слабел. Еще более подорвала его здоровье смерть двух дочерей, заболевших в дороге. Семидесятитрехлетний Шамиль понимал, что и его жизнь заканчивается.

Вначале своего последнего похода он рассчитывал вернуться в Россию. Судьба распорядилась иначе. Доехав до Медины, Шамиль почувствовал приближение смерти. Последней его просьбой было увидеться с сыновьями, которых оставили в России в качестве гарантии его политической лояльности. Отпустили только старшего Гази-Мухаммеда, но и он не успел увидеть отца живым.

4 февраля 1871 года, или десятого дня месяца зул-хиджжа 1287 года хиджры, имам Шамиль умер. Его похоронили в Медине, на кладбище Джаннат аль-Баки, где покоится множество родственников пророка Мухаммеда и его сподвижников.

Источник: https://theoryandpractice.ru/posts/17061-teper-kavkaz-v-kaluge-kak-zhil-imam-shamil-v-russkom-plenu

Имам Шамиль: «Я завещал им питать вечную благодарность…» :: Частный Корреспондент

25 августа 1859 года имам Шамиль, блокированный в ауле Гуниб, сдался наместнику Кавказа князю Барятинскому. Эта капитуляция стала решающим моментом Кавказской войны и предопределила её благоприятный для России исход. То была самая долгая война за всю историю Российской империи.

Начало Кавказской войны

На рубеже XVIII—XIX веков Российская империя вышла к северным отрогам Кавказских гор, а потом резко перемахнула через них. Причиной тому был призыв последних грузинских царей. Единоверный народ был в опасности: над ним нависла угроза порабощения и уничтожения хищными соседями.

Фактически Дмитрий Медведев вслед за своим предшественником Владимиром Путиным отождествляет террористов с бандитами, а их деятельность с функционированием ОПГ. В принципе причины такого понимания терроризма и террористов понятны.

Высшие российские руководители и представители спецслужб, во-первых, стремятся максимально упростить идентификацию террористов, не утруждая себя сложными терминологическими занятиями (чтобы рядовому гражданину было понятно).

Во-вторых, такое отождествление — результат информационной кампании времён первой чеченской, когда некоторые восторженные журналисты и политологи из Европы рассматривали Масхадова и Дудаева как «борцов за свободу и национальную независимость». Отсюда и жёсткое противопоставление таким оценкам. Да бандиты они, а никакие не борцы!

Обратите внимание

Последовавшие победы над Персией и Турцией позволили расширить первоначальный закавказский плацдарм и установить прочное российское господство на обширных территориях между Чёрным и Каспийским морями — от Сухума и Поти до Дербента и Баку. Эти территории постепенно преобразовывались в соответствии с общеимперскими законами, административными нормами и социально-экономическими стандартами.

Совершенно иной была ситуация в горных и предгорных областях Северного Кавказа. Там сложилась мозаика из мелких и мельчайших княжеств, ханств и родоплеменных союзов. Пёстрое разнообразие этнокультур и языков.

Люди здесь привыкли жить в условиях первобытной вольности и подчинялись лишь местным обычаям и авторитету своих мини-сообществ.

К 1817 году некоторые из кавказских народов (например, осетины) добровольно согласились стать российскими подданными.

Кое-кого удалось в той или иной мере подчинить, комбинируя дипломатические и силовые методы. Но обширные области Чечни, Дагестана, а также населённые черкесскими племенами районы Северо-Западного Кавказа оставались вне власти и контроля царских наместников.

Существование никому не подвластных территорий с воинственным, поголовно вооружённым населением создавало для царской администрации массу проблем.

Вольные кавказские горцы обитали в местах труднодоступных, но скудных ресурсами жизнеобеспечения, а потому взяли за правило пополнять свои доходы за счёт набегов на соседей. Жертвами таких набегов обычно становились лояльные подданные российского государя. Самым неприятным был практиковавшийся горцами захват пленных с целью обращения в рабство или получения выкупа.

Существование никому не подвластных территорий с воинственным, поголовно вооружённым населением, создавало для царской администрации массу проблем. Вольные кавказские горцы обитали в местах труднодоступных, но скудных ресурсами жизнеобеспечения, а потому взяли за правило пополнять свои доходы за счёт набегов на соседей.

Жертвами таких набегов обычно становились лояльные подданные российского государя. Самым неприятным был практиковавшийся горцами захват пленных с целью обращения в рабство или получения выкупа. К тому же своенравие обитателей гор сделало небезопасными транспортные коммуникации, связывавшие коренные земли Российской империи с Закавказьем.

Важно

А при определённых обстоятельствах горцы в любой момент могли стать грозным орудием в руках противников России.

К тому времени Российская империя формально обладала суверенной властью над большей частью северокавказских территорий, отобрав эту призрачную власть у турецкого султана и персидского шаха. Оставалось реально утвердить эту власть там, где никогда ничьей власти не признавали.

Александр I хотел бы «водворять спокойствие на Кавказской линии дружелюбием и снисходительностью», но в 1816 году всё-таки согласился с доводами славного героя войн с Наполеоном генерала Ермолова, отдававшего предпочтение силовым методам.

«Я терпеть не могу беспорядков, а паче не люблю, что и самая каналья, каковы здешние горские народы, смеют противиться власти государя».

Выразив такими словами своё кредо в отношении северокавказского социума, Ермолов принялся усмирять Кавказ по собственному стратегическому плану. Его войска стали продвигаться на немирные территории.

Строились новые крепости, прокладывались дороги. Сопротивлявшиеся аулы разрушались, непокорные племена оттеснялись в теснины гор.

Но окончательно покорить горцев не удалось даже прославленному победителю Наполеона. Их сопротивление нарастало, и в 1826 году новый император Николай с грустью констатировал: «Почти все горские народы в явном против нас возмущении». Это «возмущение» до поры до времени имело характер разрозненных действий отдельных немирных сообществ. Но вскоре у немирных появился настоящий предводитель.

Имамат Шамиля

Началось всё с того, что в очагах сопротивления российскому владычеству стал распространяться мюридизм — радикальная разновидность ислама, сочетавшая концепцию джихада (священной войны) с требованием беспрекословного подчинения участников джихада — мюридов («ищущих путь спасения») своему главе — имаму.

Первый имам, Кази-Мулла, завоевал значительную популярность в Дагестане, но не добился больших успехов в боевых действиях и погиб в 1832 году. Спустя два года его преемник Гамзат был зарублен в мечети аварцами в отместку за убийство семьи ханов Хунзаха.

Третий имам, Шамиль, проявил таланты незаурядного военачальника и администратора. Он родился в 1797 или 1799 году (по данным разных источников) в селении Гимры. Получил неплохое (по меркам своей среды) образование, смолоду отличался искренней религиозностью.

Совет

Примкнув к сторонникам имама Кази-Муллы, Шамиль быстро выдвинулся в их рядах. Затем стал одним из ближайших соратников Гамзата и от него в 1834 году унаследовал статус имама — духовного и светского главы правоверных, командующего воинством джихада.

Главной его заслугой можно считать то, что он наконец сумел организовать горцев в регулярную армию и создать на территории Чечни и Дагестана настоящее государство — имамат, функционировавший на основе законов шариата.

На Северо-Западном Кавказе закубанских горцев возглавил наиб (наместник) Шамиля Магомед Эмин.

После отставки Ермолова в 1827 году сменившие его царские наместники попытались покончить с непокорным имамом. Они то и дело направляли против него войсковые экспедиции и придумывали всякого рода ловушки, но всякий раз эти мероприятия кончались большими потерями русских войск и к желанному результату всё никак не приводили.

Шамиль наносил чувствительные удары русской армии, а временами и сам терпел тяжкие поражения, но всегда собирался с силами и возобновлял войну.

Кавказская война превратилась в противостояние двух государств: огромной авторитарной империи и маленького, но тоже авторитарного имамата.

Разумеется, играли свою роль в этом противостоянии и антироссийские круги Турции и Британии — они всегда оказывали Шамилю определённую поддержку. Но главной опорой имама оставались всё те же немирные горцы.

Впрочем, настроения в этой среде стали со временем изменяться.

Под давлением военных тягот, усугублявшихся режимом жёсткой военно-теократической диктатуры, установленной Шамилем и его наибами, горцы постепенно ломались. Ведь изначальным боевым стимулом для них было сохранение своего первобытно-привольного уклада жизни, в том числе определённых свобод.

Обратите внимание

А получилось так, что под властью имамата они незаметно и практически полностью эти свободы утратили. Строгие блюстители шариата в государстве Шамиля запрещали не только табак и вино, но даже музыку и танцы. Экономическая база имамата была слабой, собственные ресурсы приходилось дополнять методами «набеговой экономики».

Выгоды от набегов доставались узкому кругу сподвижников имама, а его подданные расплачивались собственной кровью в бесконечных боях.

В одном историческом трактате, созданном горячим поклонником Шамиля и распространявшемся в рукописях в дореволюционное и советское время, сообщается:

«Тяготы, поразившие мусульман, затянулись уж слишком. У них не оставалось уже времени на приобретение средств к жизни и прокормление своих семейств.

Вот тогда-то священная война и стала им как бы надоедать… Ведь эти борцы за веру превратились теперь в людей столь неимущих, что, бывало, не находили: какую же провизию взять им с собой в поход и чем будут питаться их домочадцы. Были закрыты к тому времени пути, по которым из княжеств равнины и прочих областей традиционно поступали к ним соль, железо и бязь…

Около русских собралось постепенно большое количество неправедно живущих типов. Они со временем стали водить этих врагов исламской религии на мусульманские земли, показывать им слабые места и даже сражаться с истинными приверженцами ислама, стоя впереди христиан. Вот таким-то путём и было сломано подобное стеклу единство, существовавшее ранее среди мусульман.

Именно так образовалась брешь в стене религиозной крепости, после чего преступные многобожники получили удобный момент, чтобы действовать».

Российские власти к тому времени перешли к более гибким методам во взаимоотношениях с горцами Северного Кавказа. Представителей местной элиты активно вовлекали в административные структуры. Создавались туземные военно-полицейские формирования.

Особое внимание уделялось мусульманскому духовенству, среди которого идеи радикального мюридизма вызывали неоднозначное отношение; многие муллы не одобряли джихад и призывали земляков к миру с русскими.

Важно

Всё это вкупе с численным и техническим превосходством русской армии над войсками имама позволило к 1850—1851 годам переломить ситуацию на Кавказе. Крымская война, отвлёкшая силы русской армии, дала Шамилю некоторую отсрочку, но затем наступила развязка.

Имамат, подточенный изнутри кризисом доверия подданных к правителю, был сокрушён решительным наступлением русской армии под командованием князя Барятинского.

Вскоре после капитуляции Шамиля, в декабре 1859 года, в окрестностях Туапсе сдался в плен наиб непримиримых черкесов Магомед Эмин, а затем в течение пяти лет были подавлены последние очаги организованного сопротивления горцев.

После войны

Сдаваясь в Гунибе на милость победителя, гордый имам заявил Барятинскому: «Я тридцать лет дрался за веру, но теперь мои народы изменили мне, а наибы разбежались. Сам же я утомился. Мне шестьдесят три года, я уже стар и сед, хоть борода моя черна. Поздравляю вас с покорением Дагестана. Пусть Государь Император владеет горцами на благо их».

Пожелание пленного Шамиля не осталось без удовлетворения. Прежде всего по отношению к самому пленнику. По указу императора его с большим почётом и комфортом устроили на жительство в Калуге, где местное общество приняло его доброжелательно и даже радушно.

Страна, победившая в Кавказской войне, уже во многом отличалась от деспотичной империи, начинавшей войну. Россия Александра II, освобождённая от крепостного рабства, гуманная и толерантная, обладала многими привлекательными чертами. Эта страна могла быть достойным местом для жизни всех её граждан, включая земляков Шамиля.

Узнав такую Россию, её бывший непримиримый враг по доброй воле принял русское подданство, присягнул на верность государю вместе со своими сыновьями.

Незадолго до этой церемонии, состоявшейся 26 августа 1866 года в зале калужского Дворянского собрания, имам отправил Александру II послание со следующими словами:

«Ты, великий Государь, победил меня и кавказские народы, мне подвластные, оружием.

Совет

Ты, великий Государь, подарил мне жизнь. Ты, великий Государь, покорил моё сердце благодеяниями. Мой священный долг, как облагодетельствованного дряхлого старика и покорённого Твоею великою душой, внушить детям их обязанности перед Россией и её законными царями.

Я завещал им питать вечную благодарность к Тебе, Государь, за все благодеяния, которыми ты меня осыпаешь. Я завещал им быть верноподданными царям России и полезными слугами новому нашему отечеству».

Эти строки вполне можно рассматривать как политическое завещание Шамиля. Адресованное не только современникам, но и потомкам.

ОТПРАВИТЬ:
      

Источник: http://www.chaskor.ru/p.php?id=9633

Ссылка на основную публикацию